Наследник для бандита

— Почему-то, — вздыхает парень, — я прям чувствую, что меня натянут на кол, — но поднимается со стула и достаёт из кармана ключи от машины.

— Все будет в порядке, — говорю, как можно искренне, допуская, что в принципе, да. Парень рискует. Но какой у меня выбор? Я действую в рамках предлагаемых вариантов. — Как твой зуб?

— Лучше, и, видимо, я только что продал за это душу.

Алик открывает мне машину с брелока, а сам заходит в домик охраны и даёт какие-то распоряжения.

Мне становится немного волнительно и неловко, что сейчас коллективно, парни решат сдать меня Бурову.

Сердце стучит с оттяжкой. Может так быть, что Миша будет совсем не рад моей выходке, учитывая, как мы расстались. Единственное, что придаёт мне сил, это маленькая бархатная коробочка в кармане пальто. Если Буров правда хотел… то он все простит мне.

Глава 37. Показательная порка

Миша

Музыка стихает. Недовольно поднимаю глаза от телефона, на котором не ловит сеть, а значит, я не могу посмотреть домашние камеры.

— Ты, ты и ты, — показываю на девчонок, стоящих на сцене. — Остальные — свободны.

Агрессивные запахи женских духов смешиваются с дымом, а от стробоскопа, отражающегося в блестящих стрип-костюмах, рябит в глазах.

В желудке плещется голый вискарь. Мое хорошее настроение скребется на уровне плинтуса. Где мой ужин, блять? Неужели так сложно сообразить закуску?

— Дальше по трое запускай, — говорю администратору и прикрываю глаза, спускаясь по спинке дивана ниже.

— Ваш заказ, — официант ставит передо мной тарелку с нарезкой и канапе.

Конечно, так себе ужин, но что поделать, кухню здесь ещё до конца не доделали. Надеюсь, что к открытию успеют.

Нужно заканчивать с самостоятельным набором персонала и драть всех ещё жёстче. Кому не понравится — на выход. В зале включается продолжение композиции, но я не спешу реагировать на новых девушек.

— Миш… — как-то сдавленно, то ли смеясь, то ли опасаясь, меня окликает Валерий и трогает за плечо.

— Чего? — Недовольно хмурясь, поворачиваюсь к нему и дожевываю огурец.

— Ты туда посмотри, — кивает головой в строну сцены. Я, нехотя, поднимаю глаза. Что я там не видел?

Еда застревает в горле. Мое сознание начинает сужаться до одного человека. До неё.