Наследник для друга отца (СИ)

Он брезгливо вытирает руки влажной салфеткой и швыряет ее в урну перед выходом на парковку. Следом за ним переваливаются ещё два амбала, едва помещаясь в коридоре.

С колотящимся сердцем я ретируюсь за угол и залетаю в первый попавшийся мужской туалет. Меня начинает трясти. Воспоминания и ужас той ночи возвращаются, заставляя пережить все заново. Они ведь сейчас в той каморке тоже кого-то мучали. Выбивали деньги…

Желание убегать от Бориса резко отпадает. Лучше с ним зайду в аптеку на первом этаже. Для перекрытия куплю прокладки или таблетки от головы.

Умываюсь холодной водой, сушу руки и уже собираюсь выйти из своего укрытия, как в туалет заваливается молодой парень. Он сплёвывает прямо в раковину выбитые зубы и начинает полоскать рот.

Я понимаю, что нужно уйти, что я ничем ему не помогу, но продолжаю смотреть.

Ему явно больно разогнуться - отбит живот, разбит нос, стёсаны скулы и губы…

Чувствую, как к горлу подкатывает обед…

-Ну чего пялишься? - Вдруг оборачивается парень ко мне лицом и стирает рукавом кровь.

-А что с вашим дедом? - Зачем-то спрашиваю.

-Умер… болел.

-Извините… - шепчу и выбегаю за дверь.

Остаток дня чувствую себя абсолютно больной. Постоянно гоняю в голове мысли о том, что мой муж, скорее всего, тоже людей не по головке гладит. Достаточно вспомнить, как он тогда стрелял… Да, вероятно, они это заслужили.

Уже в постели, когда я, закрывшись эмоционально, не могу ответить на ласки, Дымов не выдерживает.

-Так, быстро, Нина, выкладывай, что не так, - он силой разворачивает меня к себе лицом и прожигает выжидающим взглядом. - Тебе не нравится платье? Плохо прошёл день? Я обидел?

-Все хорошо… - прокашливаюсь. - И платье нравится. Просто болит голова.

-Да? - Нарочито удивлённо тянет он.

-Это шантаж… - качаю я головой.

-Это экономия времени, - пожимает Дымов плечами. - Без вранья и уговоров. Так что произошло?

-Я сегодня встретила того мужика…

Рассказываю Илье всю правду, умолчав только о так и не купленном тесте на беременность.

На лице Дымова за все время, даже когда я описываю увечия парня, не дергается ни один мускул.