Наследие аристократки

Все-таки они давно не виделись.

– Долго же ты ко мне добиралась. Я ждала тебя все эти годы, – загадочным тоном произнесла Фиона. – Думала, что, может быть, после нашего последнего разговора ты навестишь меня и задашь кое-какие вопросы. Но этого не случилось. Что привело тебя сейчас? – Она выжидательно смотрела на Валери.

– Случилось кое-что странное. Может, это ничего и не значит, но оно мучает меня. Мой сын по работе имел дело с банковской ячейкой, владелицу которой до замужества звали Маргерита Пирсон – точно так же, как мою старшую сестру, которая умерла.

Вряд ли мы с ней родственницы, но в той ячейке были фотографии – не только этой Маргериты, но еще и маленькой девочки… – Валери замолчала, а Фиона продолжала пристально на нее смотреть. – Винни говорит, я сошла с ума, – продолжила Валери, – и, может быть, она права. Я подумала, что ты развеешь мои сомнения. – С этими словами Валери вынула из сумки фотографии. – В последние дни мне приходят очень странные мысли. Ладно, может, владелица ячейки никак с нами не связана. Но у нас нет ни одной фотографии старшей сестры. Мама их все уничтожила. Мы с Винни не знаем, как она выглядела.

Она передала фотографии Фионе. Та надела очки и, кивая, стала внимательно изучать каждую из них. Валери смотрела на няню, затаив дыхание. От волнения у нее дрожали руки. Через минуту могло случиться что-то очень плохое – или, наоборот, очень хорошее, что подарит ей свободу от семьи, которая никогда ее не принимала. Всю жизнь Валери чувствовала себя обязанной им, должна была уважать тех, кто ее едва мог терпеть.

Фиона просмотрела все фотографии и подняла глаза.

– Что ты хочешь знать? – серьезным тоном спросила она.

– Знаю, это звучит безумно, – почти шепотом произнесла Валери, – но, может, эта женщина – моя сестра Маргерита, которая умерла в Европе в девятнадцать лет?

Фиона не стала медлить с ответом."

"– Нет, это не так, – заявила она твердым тоном. У Валери упало сердце. Она так надеялась на это! Тут Фиона протянула к ней морщинистую руку и нежно погладила ее по плечу.

 – Женщина на фотографиях не твоя сестра. Она – твоя мать, дитя, – ласково проговорила няня. – Услышав такое, Валери от шока потеряла дар речи. На мгновение она правда превратилась в ребенка – ничего не понимающего, испуганного, оглушенного. – И Маргерита не умерла в Европе. Она вышла там замуж.

– Когда же она меня родила? – пробормотала Валери. Прошлое, каким она его знала, рухнуло в одно мгновение.