Наследие аристократки

Валери осознала, что мама всю жизнь ждала о ней вестей, думала о единственной дочери и не возвращалась только потому, что ей не давали этого сделать. Хотя они не виделись при жизни, Валери обрела с мамой тесную связь. Она почувствовала ее глубокую любовь, которой была лишена в детстве, и это исцелило старую рану в сердце. Она наконец освободилась от гнета приемных родителей, которые всегда ее критиковали и попрекали. Теперь Валери была готова к новой жизни, несмотря на то что ей исполнилось семьдесят четыре.

Когда они приехали в аэропорт, Филипп помог ей сдать багаж и получить посадочный билет.

Валери не сразу пошла в терминал, а задержалась, чтобы попрощаться с сыном.

– Желаю тебе всего хорошего с Джейн, – сказала она немного печальным голосом. Филипп давно стал взрослым, и ей следовало уважать его свободу. – Мне понравились ее родители. Они очень хорошие люди.

– Я тоже так думаю, – ответил Филипп, – но миссис Уиллоуби старается опекать Джейн. – Валери никогда не давила на него, но Лоутон чувствовал, что родители Джейн на такое способны.

Вивиан ясно дала понять, что мечтает увидеть дочь замужем. У самой Джейн были другие планы.

– Я надеюсь, обо мне ты так не говоришь, – сказала Валери.

– Конечно, нет. Ты слишком занята своими делами, чтобы руководить мной. – Он знал, что мама хочет только одного – чтобы ее сын был счастлив. А уж каким способом он добьется счастья и с кем, решать только ему.

– Мне нравится, что рядом с тобой появилась хорошая девушка. Не хочется, чтобы ты остался один.

Но окончательный выбор за тобой. – И добавила: – Джейн мне очень понравилась."

"– Да, она удивительная девушка. Я уверен, что из нее получится хороший юрист. На этой неделе Джейн идет на собеседование в фирму Пенни. Будет здорово, если ее возьмут туда на работу.

Филипп был рад, что Джейн подружилась с его двоюродной сестрой. Они несколько раз обедали вместе, и Пенни пригласила его с Джейн отпраздновать День независимости вместе с ее семьей на острове Мартас-Винъярд.

Филиппу нравилось, что мама никогда не вмешивалась в его личную жизнь.

Она была слишком занята для этого, и он надеялся, что в преклонном возрасте тоже останется таким же активным, влюбленным во все новое. В семейной жизни мамы и папы тоже не было никакого гнета: они любили и уважали друг друга и соблюдали право партнера на личное пространство. В их отношениях не было ничего эгоистичного, удушающего, они не пытались переделать друг друга, и каждый терпел недостатки другого.