Наследие

– Потому что он, мать его, потрясающий, я бы хотел иметь такой в квартире.

– Нет, не хотел бы. Они пожароопасны.

– Это ты пожароопасна. – Я подмигиваю ей. – Потому что очень горяча.

Грейс вздыхает.

Следующие пять миль мы треплемся о всякой ерунде, пока Грейс не начинает снова тревожиться.

– Снег пошел сильнее, – говорит она.

Это так. Все начиналось с легких порывов ветра, а теперь снег падает сильнее и заваливает дорогу. Солнце уже зашло, небо черное как смоль, фары «Мерседеса» высшего класса – единственное, что освещает наш путь.

– Не думаешь, что нам стоит развернуться? – спрашивает Грейс.

Я бросаю на нее взгляд.

– И поехать куда?

Она закусывает губу.

– Может быть, обратно на трассу?

– До трассы час езды.

– Да, но, если верить навигатору, до отеля еще полтора часа. Технически мы ближе к трассе.

– Мы не можем просто сбежать, – упрекаю я. – Мы не сдаемся, детка.

– Но… – Она смолкает.

– Но что?

– Тут темно и страшно! – Она плачет. – Посмотри в окно, Логан. Такое чувство, будто мы в фильме ужасов.

Она не сильно преувеличивает. За исключением двух желтых полос от фар, дорога темна, а снег все валит. Погода лишь портится. Ветер набрал силу, за окнами ревут оглушительные порывы. Неприятно то, что я не слышу чертов двигатель, зато прекрасно слышу проклятый ветер.

– Хорошо, погоди, давай разберемся с этим, – наконец говорю я.

Я щелкаю аварийными мигалками и съезжаю на обочину этой узкой дороги. Хотя мне, наверное, не нужны аварийные огни, учитывая то, что мы давно не видели ни одной машины.

Я хватаю с подставки свой телефон. Там всего две полоски, но их хватает, чтобы загрузить приложение с прогнозом погоды.

– Дерьмо, – говорю я мгновение спустя.

– Что? – Грейс склоняется ко мне и заглядывает в экран.

– Очевидно, сегодня будет метель. Что за черт? Когда я проверял погоду, не было никакой метели.

– А ты… – Она замолкает.

– Что? – требовательно спрашиваю я.

Грейс печально вздыхает.

– Ты проверял погоду в Бостоне или в Северном Вермонте?

Я молчу.

– В Бостоне, – рычу я.

– Детка.

– Прости. Это было глупо. – Я непристойно облизываю губы. – Хочешь отшлепать меня за то, что я плохой мальчик?

В ее глазах вспыхивает искорка вожделения. Я тихо смеюсь. Мы оба знаем, как ей нравится, когда я говорю грязные слова.