Наследие

Продолжая крутить штурвал и направляя парусник в сторону квадрата тумана, Тиландер вспомнил про землетрясение, про солнечное затмение. Они происходили в тот момент, когда Макс нуждался в чуде — это само по себе уже подозрительно. А дождь в Макселе после продолжительной засухи? Небеса разверзлись сильнейшим ливнем после слов Макса к Русам, чтобы попросили Бога о дожде. Да после таких фактов даже самый неверующий станет убежденным апологетом Веры.

Герман почувствовал, как на его голове зашевелились волосы — а вдруг Макс и на самом деле имеет отношение к Высшим Силам?

Когда до тумана осталось меньше кабельтова, гигантский осьминог резко свернул в сторону — расположившись на поверхности океанской воды, существо словно провожало взглядом парусник.

Пронзительный крик над головой заставил Тиландера задрать голову: высоко в небе кружили летающие твари-динозавры, не приближаясь к квадрату тумана.

— Всем приготовиться, — отдал команду Герман, когда выступающий бушприт парусника вплотную приблизился к туману.

Вновь, как и в первый раз, на корабль опустился вязкий туман: в двух метрах человека не было видно. Крепко сжимая штурвал в руках, Тиландер ждал, уверенный, что пара секунд, и «Катти Сарк» вынырнет из тумана. Но проходили секунды, даже пара десятков секунд — вокруг стояла непроглядная молочная мгла.

— Ха! — голос Санчо прокатился по кораблю, заставив Тиландера вздрогнуть.

Не успел он заглохнуть, как впереди посветлело, а через пару секунд парусник оказался в чистом море с удивительно свежим воздухом.

Над головой сияло солнце, посылая живительные лучи. Проклятых летающих тварей, как и осьминога, не видно. Но море кишело рыбой — при прозрачности вод океана видимость идеальна. Огромные косяки рыб сновали совсем недалеко, свежий ветерок трепетал бороду и локоны Тиландера. Ещё до армии, он любил носить длинные, до плеч, волосы, за что отец его несколько раз порол ремнем.

— Герман, ты вообще сильно помолодел, — голос Лайтфута изменился: перед Германом стоял молодой парнишка, даже при их первой встрече во время войны за Гуадалканал Уильям выглядел старше.

Помолодели все — растерянные лучники и матросы, скинувшие десяток лет, шарахались друг от друга. Единственными, кого не коснулись изменения, оказались Мал и Урр. Но больше всех, наверное, изменился Санчо — ушел его большой живот, а сам он выглядел лет на шестнадцать.