Наследие

— Мы его не видели, он заперся в комнате с огромным человеком, — в два раза больше Богдана, — Баск кивнул в сторону Лутова.

— Это Данк, приходилось его видеть. Что ж, пошли за мерзким стариком, раз остальные враги убиты."

"— Он убил человека ударом кулака по голове, — опасливо произнес Баск, следуя за мной.

— Может, его расстрелять из пулемета? — предложил Тиландер, слышавший наш разговор.

— Посмотрим, попробуем с ним поговорить, — я двинулся наверх. Когда меня скрутило от боли в голове:

«Макш!!!» — Санчо ворвался в мозг столь стремительно, что я не успел блокировать его посыл.

— Макс Са! — ко мне бросилось сразу несколько человек.

— Всё нормально, просто Санчо закричал в моей голове, — отстранил заботливые руки друзей. — Сейчас поговорю с ним и пойдем.

— Санчо, Ха? (как ты).

— Макш, Ялт! (кушать хочу).

— Га (опасно, нельзя пока кушать).

— Ха (ничего не будет).

— Га, Санчо, Ха (опасно, потерпи сегодня).

— Ха, Макш (хорошо). — Напоследок послал ему мыслеообраз, что скоро приду к нему, и сразу поставил блок, чтобы унять боль в голове.

— Как ты? — Тиландер дотронулся до моего плеча.

— Сейчас приду в норму, давно не получал такого удара.

— Когда мы ждали в бухте после прохождения сквозь туман, Санчо потерял сознание от твоего призыва. Впервые такое видел, — покачал головой американец.

— Мы обо всем поговорим потом. Сейчас надо заполучить старика, пока он не испустил дух, — освободившись из рук Богдана, решительно вошел в крепость.

С моего последнего визита здесь ничего не изменилось: мрачный холл, освещенный светом двух факелов, каменная лестница на второй этаж.

Поднявшись наверх, свернул направо в коридор: мне нужна вторая дверь. Подойдя к ней, прислушался — звуков изнутри не доносилось. Постучался, не надеясь на ответ. Внутри послышался шум, дверь слегка приоткрылась, продемонстрировав страшное лицо Данка. Сразу пятеро моих воинов рванули дверь, чтобы открыть ее: она поддалась сантиметров на десять. Затем, преодолевая сопротивление пятерых человек, захлопнулась. Послышал шум задвигаемого засова.

— Это был один человек? — в словах Богдана слышался скепсис.

— Это не человек, это Данк, — не стал вдаваться в объяснения. Но Баск сел на своего конька, в который раз описывая смерть Петро, труп которого лежал рядом с дверью.

Наклонившись, пощупал пульс: тот был мертв. Заинтересованный, осмотрел его голову, чувствуя, как шевелятся на моей голове волосы: теменная область черепа вдавлена.