Наследие Коринды (СИ)

От второго увернулся, но я уж настолько злющая треснула его еще раз. Мыш подорвался и снова полетел от меня. Я за ним, и тут дернуло меня посмотреть в сторону общей гостиной! А там! Весь высший свет, во главе с принцем! А до меня медленно начинает доходить, в чем я! Мама, я же в одном полотенце! Мыш, воспользовавшись моим замешательством, рванул в сторону комнаты.

- А ничего у нее ножки, – прокомментировал один из парней. И тут, как по закону подлости полотенце падает на пол. И я предстала перед всеми, в чем мать родила.

Залетела в комнату, предатели, какие же это друзья. У меня откровенно началась истерика. Абсолютная тишина была мне ответом. Я уже поняла, что мыш спрятался, и вряд ли Ро выйдет, я поплелась в спальню. Шея ужасно болела, живот от голодухи скрутило так, что в пору на стенку лезть. Устроившись на кровати, банально заревела. Мне так себя жалко стало, какой позор! Так ославиться на всю академию! То, что на всю я не сомневалась, вряд ли о таком умолчат.

- Нир, какая же ты сволочь! Только о себе думаешь! Отправляйся к своему дракону, ищи своего подопечного. А ты мне нафиг не нужен, – выла я.

- Лал, – голос из – под подушки. Я окончательно взбесилась.

- Я сказала вон! Убирайся! А мыш кинулся ко мне, и задел, зараза, ожог. Я натурально взывала, бедная кожа такого издевательства не выдержала. Со звуком как будто что – то порвалось, на грудь полилась струйка крови.

- Лал, – с ужасом глядел на это мыш.

- Нир, повторяю в последний раз, убирайся! – я уже просто неадекватная.

И тут забарабанили в дверь. Я удивленно подскочила. Передо мной появился Ро:

- Госпожа Лалита, к Вам Его Высочество Владьер, впускать?

- Ты издеваешься? – прошипела я.

- Понял, – исчез Ро.

В дверь все равно барабанили. Я смотрю на мыша, мыш плачет, тихонько попискивая. Живот вторит ему жалобными завываниями. Все я схожу ума.

- Госпожа Лалита, он не уходит и требует Вас, обещает всю ночь стучать.

Я посмотрела на духа, посмотрела на мыша:

- Пошли вон, оба. Оставьте меня одну. А этого, можешь пустить, но чтобы в спальне его ноги не было, усек? – рыкнула я Духу – помощнику. Мне было наплевать на их чувства, обиделись они или нет, мне было до такой степени хреново, словами не передать. Я свернулась калачиком на одеяле, живот продолжал урчать. Вот только помочь себе я ничем не могла. Шея болела ужасно, голова раскалывалась, а у меня даже мази никакой нет.