Герцогиня в изгнании

Я потёрла переносицу, понимая, что сохранить подобие жизни этому мужчине можно только моим способом.

Но это решение слишком серьезное, чтобы принимать его в одиночку.

— Уважаемый, вы меня слышите? — я легонько потрепала мужчину по плечу, но он лишь снова застонал, не открывая глаз.

Ладно, будет действовать по-плохому, потому что ну не могу я пойти на такой шаг без согласия.

Найдя среди баночек на стеллаже экстракт фрезии, зажала свой нос и, попросив Бьерна выдернуть пробку, быстро поводила горлышком у лица мужчины и тут же её закупорила.

Незнакомец вяло вздрогнул, закашлялся и открыл мутные глаза.

— Раз теперь вы с нами, я буду говорить прямо, не ходя вокруг да около. Вы умираете и, к сожалению, вылечить вас нет возможности. — Золотистые глаза, обращённые на меня с надеждой, после услышанного удручённо закрылись, чтобы скрыть мелькнувший там страх. На осунувшемся, довольно молодом лице проступило смирение, которое я поспешила развеять: — Однако у меня есть альтернатива.

Ресницы мужчины дрогнули, открывая мне очень заинтересованный взгляд. Можно было бы на этом закончить, чтобы получить согласие обманом, но мне захотелось быть как можно честнее с умирающим:

— Я предлагаю вам стать упырём. Пока ещё в вас теплится жизнь, я смогу вас обратить, но учтите, эта жизнь далека от человеческой.

"Такой расклад явно не пришёлся по душе мужчине, но он всё же задумался, выбирая какой из двух вариантов хуже. Я его понимала. Упырями, или же, как их ещё называют низшими вампирами, по сей день пугают не только детей, но и взрослых. Было время, когда ночью все предпочитали сидеть по домам, чтобы не стать жертвой кровососущих тварей или вообще не превратиться в одного из них.

Наконец что-то решив, мужчина тихо прохрипел:

— Жить,… я хочу… жить…. Пусть даже… так, — слова давались ему с трудом, но мне нужно было их услышать.

— Тогда я помогу с этим, а взамен ты будешь верен только мне.