Герцогиня в изгнании

Может Альберт готовил её на роль своей императрицы? Тогда зачем игнорировал её связи с другими мужчинами? И как вообще допустил, чтобы она оказалась в центре конфликта государств? Опять вопросы, на которые у меня пока не было ответов.

Также всё чаще во мне проявлялась Этерия и в том, что касалось поведения. Я ловила себя на мелочах привитых только аристократкам: когда я ела, то обязательно сервировала стол и сидела с прямой спиной, никогда не чавкала, не пила громко чай и даже начинала двигаться как-то иначе — степеннее и грациознее.

Однако и себя я не теряла, потому что делала и то, что не свойственно благородной девице.

Например, частенько сидела в кресле поджав под себя ноги, и ела сухари с пряностями — излюбленную закуску рабочего класса. У меня не вызывали трудности ни работа по дому, даже самая тяжёлая, ни уход за собой, ни откровенная убогость моего нового дома. И вроде бы можно радоваться, ведь от нового положения я столько всего приобретаю едва ли не каждый день, но ликование лучше придержать.

Хотя бы до тех пор, пока не станет известно о судьбе Этерии. Вдруг хозяйка этого прекрасно-ужасного тела объявится и вытеснит меня в объятия Тёмной Матери. Надо обязательно подготовиться к такому варианту.

Голова продолжала гудеть от мыслей, но всё пришлось отложить, чтобы встретить торговца из Радека. Портал уже мерно пульсировал, то и дело выплёвывая и снова проглатывая двух помощников торговца — они отвечали за разгрузку дров и сейчас два шустрых мужчины средних лет пополняли мои запасы.

Хоть здесь вокруг полно деревьев, но махать топором в этом теле дело неблагодарное. Я пыталась. В итоге нежные руки не спасли даже толстые перчатки, и потому приходится раз в две недели исправно отдавать монеты торговцу ещё и за дрова. На тепле в моём краю экономить нельзя.

Заполнив специальную стойку сухими уже порубленными поленьями, помощники поклонились и сконцами исчезли в портале. Бедные мужчины — они то краснели, то бледнели, когда видели меня и порывались поговорить, но я оставалась вне досягаемости для них.

Гостей моего поместья портал не пускал дальше круглой площадки в глубине широкого коридора. Так что тому же торговцу приходилось ждать, когда я подойду к нему, чтобы оплатить его услуги.

Филт уже жадно потирал руки, предвкушая тяжесть очередного кошелька. А платить сегодня мне придётся непривычно много.

— Вот ваш прошлый заказ, — заискивающе произнёс торговец, указывая раскрытой ладонью на выставленное на широком подоконнике богатство.