Герцогиня в изгнании

Мастеров было достаточно, чтобы одновременно заниматься крепостной стеной, которая сейчас больше представляла собой ощеренные клыками стальных балок многократно увеличенные рыбацкие снасти, а также заниматься наружными и, кажется, внутренними работами главного дома. И именно предпоследнее меня очень… расстроило.

Моя фигура, да ещё и верхом на коне с горящими зеленью глазами и щедро украшенного костяными шипами, вызвала натуральное благоговение в толпе цвергов. Они как в немой сценке застыли, разглядывая меня восхищенными взглядами, при этом чуть ли не забывая дышать.

— Тёмная госпожа, — расплылся в улыбке мастер Дрир, пока двое его то ли помощников, то ли заместителей, уже тише рычали на ближайших к ним мастеров, — мы так рады, что вы вернулись в целости и сохранности!

Хоть радость цверга действительно была искренней, моего настроения это не улучшило.

— Это что? Что, вас спрашиваю?! — принялась шипеть я змеей, возмущённо разводя руками, чтобы показать весь масштаб трагедии. Конь подо мной вдруг начал вторить моему шипению и пришлось спешиться, чтобы он не так остро реагировал на мои эмоции.

— Но он не чёрный…, — довольно робко вклинился в мои возмущения мастер Дрир.

— А какой? — рыкнула я глядя на… тёмные стены, что сейчас наслаивали на основную часть главного особняка.

— Графитовый, — тихо подметил цверг, стоявший справа от их главаря.

Кажется, у меня дёрнулся глаз. Пришлось прикрыть веки, чтобы протяжно выдохнуть и хоть немного успокоиться, а то не ровен час кого-то случайно упокоить в таком состоянии.

Отбросив спор об оттенках и упёртых тёмных дворфах, решила указать на следующий момент, который так же оговаривался:

— А вон то, что такое? — махнула в сторону рабочих с пыхтением как раз затаскивающих жуткую статую на колонну у новых ступеней. — Что я говорила о горгульях?!

— Но это не горгульи, а химеры, — со слишком невинными глазами ответил мастер Дрир.