Наши все дома!

Может, бросить все же его и поехать поискать нормальную машину? Полно ведь на улицах брошенных, и не только легковушек…

— Солнышка, нам так и так нужна машина, закрытая со всех сторон. Чтобы совершенно точно ни один беспокойник не мог в нее пробиться. Так что любую уродовать.

— Ну можно же как-то аккуратно это сделать. Взять джип с кенгурятником, решетки на окна поставить…

— Ну то же самое получится, только заново начинать…

— Вот как только поедем по городу — обязательно покажу тебе машину получше.

— Да не вопрос.

Если будет хорошая бесхозная машина. И если мы сумеем ее угнать… Ты, кстати, не убегай — нам надо как-то с мужиками договариваться о совместных действиях и тому подобное. Вчетвером мы тут не усидим.

— Почему? Вроде неплохо получается. Надо только натащить всяких полезных вещей. Бензина, баллонов газовых, насос для воды, генератор, может быть…

— Это все обязательно. Но кажется мне — среди бандитов процент выживших куда больше, чем среди нормальных людей. Да половина ментов — тоже готовые бандиты, которых только страх и держал.

И именно эта половина останется. А работать ни те, ни другие не умеют и не хотят, значит, начнут грабить. И надо сделать так, чтобы нас грабить было страшнее, чем среди мертвяков шариться.

— Ну вообще да.

— Классика — надо, чтобы все хорошие собрались вместе и замочили всех плохих, — высказалась Машка, тоже подошедшая к недоброневику.

— А почему именно эти мужики?"

"— Да просто первые нормальные люди, у которых цели совпадают с нашими.

Найдем еще — тоже можно позвать. Нужно человек десять способных стрелять и работать, ну с семьями десятка три получится.

— И где всей этой толпе жить? Даже если в гаражах казарму сделать — места не хватит.

— По мере надобности будем в коттеджном поселке дома зачищать и огораживать. Главное — чтобы была цель и источник существования. Тогда можно развиваться и как-то обустраиваться. А если не будет, то помрем — не сейчас, так через год…

— День добрый, однако. Давайте, что ли, представимся.

Я — Макс, это Ирина, Маша и Дима.

— Николай. — Пожилой сухощавый дядька.

— Игорь, — средних лет, чуть полноват, круглое лицо, усы.

— Владимир, — лет двадцать пять, высокий, худой, светлые волосы.

— Ну мы тут вроде партизан на семейном подряде. Пока думаем тут пожить, а дальше видно будет. А у вас планы какие?

— Да особо никаких. Выжить планируем, пока все образуется.

— Ну мы тоже планировали. Целых два дня. А потом поняли, что ничего уже не образуется.