Наши все дома!

Впереди дерево, резко кручу руль, колеса проходят мимо, но машина кренится и цепляет дерево крышей. «Уши», — проскакивает в голове. Со всех рук кручу руль обратно — и тут же назад, чтобы не раскачать еще больше. Глухого хруста не слышу, а ощущаю через машину. Мутант попал между бортом и деревом. Убить мы его не убили, но вряд ли уже он сможет так ловко прыгать. Теперь бы остановиться суметь, не влетев во что-нибудь еще… И не разбив всем лбы: пристегнуться было некогда… Машину еще раз заносит, густо нахватавшие грязи колеса скользят по асфальту, толчок прицепа добавляется к заносу кормы, разворачивая машину поперек, бронепояс левого борта хрустит кустами, и о них мы наконец останавливаемся, повернувшись совсем уже боком.

Зато я вижу мутанта — гораздо менее поврежденного, чем хотелось бы: уже поднялся и группируется опять прыгать.

Тяну автомат, но он неудобно провалился между дверью и сиденьем… Дима успевает раньше — высовывает помповик дулом в окно: как Сашка стекло опустила возле магазина за «тихими зомби» присматривать, так и не до него было, — и нас накрывает раскатистым бабахом, и тут же еще раз.

Монстр так и не прыгает: присел и замер — живое существо подергалось бы или хотя бы как-то обмякло, — а этот разве что на задницу сел, и то от удара картечи. Или он еще не убит окончательно? На всякий случай целюсь в просвечивающий сквозь изодранную кожу лба череп. Руки трясутся, приходится положить автомат спусковой скобой на дверцу и из такого уравновешенного положения с расслабленных рук выстрелить. Дистанция никакая: попал. Теперь уже точно труп — если картечь до мозга и не дошла, автоматную пулю никакая кость не удержит. Если это не 10-сантиметровый лоб овцебыка… Шум уже не имеет значения — и я достреливаю тех зомби, которые остались на ногах после наезда прицепом. Восемь выстрелов на пять голов — да, в снайперы меня не взяли бы… Интересно, в снайперской школе есть урок «скоростная стрельба под адреналином»?

— Все целы? — Пока я развлекаюсь по мертвякам, Иринка проводит диагностику экипажа.

— Ну пара свежих синяков у меня есть. — Машка демонстрирует багровеющее пятно на руке.

Дима молчит — у него тоже наверняка синяк на плече: о Машкин автомат приложился.

— Мну ногу ушибло… Кажется, головой, — выползает из-под сиденья неожиданно розовощекая Сашка.

— Говорят, когда Цезарь был еще центурионом, он испытывал новобранцев — на собеседовании неожиданно хватал меч и приставлял к горлу. Если солдат бледнел — Цезарь посылал его в обоз как труса.