Наше шаткое равновесие

Пока Ленка трется по такси, устраиваю показательную казнь перед работниками и назначаю собеседования на освободившиеся должности.

Симонова вбегает в ресторан как на иголках. Машет мне рукой и падает за столик. Киваю бармену и подхожу к Лене.

— Хорошее место. Женя, в общем, муж мне салон купил. Мне нужна твоя помощь, ты же все знаешь. Как, чего… поможешь? Поехали, помещение покажу. Еще нужно ремонтников нанять и сметы, сметы сделать. Поможешь?

— Я на работе!

— Ты же начальник, Жень. Время теряем. Нужно до Нового года открыться, самые деньги же.

— Лен, я не бизнес-консультант. У меня даже специфика другая. Обслуживание, конечно… но рестораны. Не салон! Слышишь?

Начинаю закипать. Меня злит ее бестактность. Ветреность и полная уверенность в том, что я ей что-то должна. Да еще и по дружбе.

Какой, к черту, дружбе?!

— Ну, Жень, мне вообще не к кому идти. Муж сказал, что с него деньги и оформление, а все остальное решай сама. А я же ничего не понимаю в этом. Что мне делать? Ты вот так возьмешь и бросишь меня?! Жень…

Показательно напускает слезы, всхлипывая и подрагивая губами.

— У меня малышка скоро будет, мне нервничать нельзя. Нельзя, понимаешь?

Начинает рыдать. Я сконфуженно оглядываюсь, прикрывая глаза.

— Ладно. Хорошо. Только не сегодня. У меня работы по горло. В четверг вечером помещение посмотрим, а в пятницу поговорим, что к чему. Хорошо?

— Спасибо. Женька, ты самая лучшая. Я тогда побегу, не буду отвлекать.

— Давай, — выжимаю из себя улыбку.

Ближе к восьми поднимаюсь в родительскую квартиру.

Раздевшись и убрав пальто в шкаф, прохожу в гостиную. Поля играет на диване в куклы, а папа сидит рядом и читает газету.

— Привет, — робко махаю, присаживаясь на ручку кресла.

— Мамочка! — радостно кричит Полина.

— Явилась. Время видела? Дитю спать пора уже!

— Пап, не преувеличивай.

— Совсем с этой работой о дочери забыла. Не нужна, так у нас оставь. Пусть живет.

Опускаю взгляд. Я бы могла сейчас начать перечить, устроить скандал. Доказывать свое мнение, но толку от этого не будет.

Люди не меняются. Мой отец пятьдесят пять лет такой. С рождения. Он самых честных правил, да и вообще считает, что я должна дома сидеть и дочь воспитывать. А на что мы с ней жить будем, его не заботит. Он до сих пор не простил мне мою беременность и уход из универа. Он недоволен моей работой, да и сложившийся жизнью в целом. Я должна была стать судьей, а не директором ресторана. У меня должен был быть муж при чине и звании.