Нарцисс в цепях

Опять черный винил! Здесь угадывалась тема, но все равно глаза мои пошли ниже. Узкие бедра, а дальше куда не надо бы смотреть и чего не надо замечать, потому что мы среди публики, а сегодня я не собиралась видеть его голым. Кожаные сапоги до колен завершали наряд. А сверху на нем были только кожа, браслеты с металлическими заклепками и такой же ошейник.

Чья-то рука коснулась меня сзади, я дернулась и обернулась, чтобы видеть их обоих, потому что я знала, кто это. Глаза Жан-Клода снова стали обыкновенными.

Я обрела голос:

— Это ты его позвал.

— У нас было соглашение, что тот, кому ты позвонишь первому, свяжется с другим.

— Ты должен был мне сказать.

Жан-Клод положил руки на бедра:

— В этом я своей вины не признаю. Он хотел явиться сюрпризом, вопреки моим желаниям.

Я перевела взгляд на Ричарда:

— Это правда?

— Да.

— Зачем?

— Затем, что при честной игре я бы не получил поцелуя. А видеть тебя сегодня и не дотронуться — эта мысль была мне невыносима.

Не столько от его слов, сколько от выражения глаз и от жара в его лице я вспыхнула.

— Я сегодня играл честно, ma petite, и я же и наказан, а не вознагражден. — Жан-Клод протянул ко мне руку. — Начнем с поцелуя?

Вдруг я сообразила, что мы стоим на танцполе рядом с металлической рамой и ожидающими «актерами». Внимание публики было устремлено на нас, а мне этого не хотелось. Почти все в зале были оборотнями. Я ощущала их энергию как теплый электрический мех, а они ощущали нашу.

Я кивнула. Вдруг мне захотелось уединения, которое предлагал Жан-Клод.

— С поцелуя? Почему бы и нет?

— Можем снять номер, — сказал Ричард, понизив голос.

Я затрясла головой:

— Никаких номеров.

Он протянул руку, но одного взгляда хватило, чтобы он ее убрал.

— Ты нам не доверяешь.

— Или себе, — тихо отозвалась я.

Жан-Клод протянул руку:

— Давай, ma petite, мы задерживаем представление."

"Я мгновение смотрела на его руку, потом взяла ее, ожидая, что он притянет меня к себе, но этого не случилось. Он остановился от меня на расстоянии ладони.