Нарисуем, будем жить

В принципе симпатичный. Глаза как у хаски, мне понравилось даже. Если бы парни от перспективы с ним пообщаться не рванули со скоростью ракеты, я бы не надумала себе ужасов.

— Да, — согласно кивнула и приготовилась слушать. Явно же хочет поговорить.

— Я королевский юрист Риннард Коршен. Ответьте на несколько вопросов, — сухо представился и указал рукой на скамейку."

"Так вот откуда Коршун! Исковеркали фамилию и создали страшилку, хотя если принять во внимание взгляд этого Риннарда то попали в точку.

Представляю как под действием двух лазерных лучей «колются» преступники. Но мне-то бояться нечего, правда? У меня амнезия. Интересно, что подразумевается под званием «королевский юрист»? Обобщенно как то. Прокурор, сыщик, дознаватель или все вместе и сразу? Вряд ли адвокат.

Снова опустилась на лавочку. Мужчина присел рядом и вежливо заговорил:

— Я расследую дело о халатности, вследствие которой пострадали граждане государства. Готов выслушать ваши претензии к руководству академии.

И что мне говорить? Претензий море, а толку то? Вину осознали, одели, кормят в столовой, жильем обеспечили. А то, что фликусы притащили меня из другого мира это местный форс мажор. Пожала плечами.

— Я ничего не помню.

— Но вы можете подать жалобу и виновные будут наказаны.

Будут-будут, принца найду и по шее надаю. Сама. Потому что большего наказания он даже от короля не получит. Погрозят пальчиком, да и все. Начну жаловаться, маги найдут способ от меня избавиться или просто из общаги выгонят.

Не надо мне всей этой свистопляски. Буду здесь жить немым укором, пусть мучаются. Я отрицательно качнула головой.

— Меня всем обеспечили, а что случилось, то случилось. Сделанного не исправишь. Претензий нет.

— Точно? — переспросил Коршун и, по-моему, облегченно вздохнул. Боялся, наверное, встретить в моем лице скандальную истеричку. — Расскажите, пожалуйста, что вы помните о себе.

Уверена, он уже целительницу допросил с особым пристрастием, но в подробностях поведала о страшном зубастом облаке и последствиях этой встречи.

С печалью сообщила, что ценой перемещения стала амнезия. Бедная я несчастная ничегошеньки не помню. По-моему, даже разжалобила канцелярского сухаря с пронзительным взглядом.

— Память со временем вернется. Ваших родственников ищут, просто немного подождите. Они получат хорошую компенсацию от короны за моральный вред.

— Почему они? — не выдержала, возмутившись до глубины души.