Нарисуем, будем жить

Какая-то атмосфера всеобщей печали заполонила рабочее место, а главное я понять не могу в чем дело. Ну, конец и что? Конец книги, а не света.

— Не понимаю, чем вы так недовольны-то? — рискнула поинтересоваться я, хотя настроение шефа не располагало к попаданию на глаза. Добрый то он добрый, но когда не в духе лучше не подходить.

— Чего ты не понимаешь? — поднял голову Риксон и взвыл, трагически воздев руки к небесам: — Роман закончен!

— Что мы теперь будем печатать? — в унисон голосом полным отчаяния подхватил босс.

"— Ах, вот вы о чем, — я лениво потянулась и взяла в руки карандаш. О, наивный мир, не знающий о существовании сериалов, мыльных опер и многотомников. Вообще-то я планировала начать другую книгу, но раз народ просит…

Выхватила у Риксона свою рукопись подошла к столу редактора и приписала внизу последней страницы несколько слов.

— Так лучше?

Босс отрешенно пробежал глазами по буквам, потом вчитался внимательнее, удивленно приподнял брови и просиял:

— Ты серьезно?

Племянник, увидев на лице дяди смену эмоций в обратную сторону, мгновенно подскочил и поискал глазами мою приписку.

— Конец. Первой книги. Продолжение в следующем номере. Вау! — художник подскочил от радости, подхватил меня за талию и закружил по комнате. — То есть история не закончена? Сарданка вернется домой и начнет окучивать нашего принца?

— Риксон! — скорее по привычке одернул племянника дядя, с пиететом относящийся к власти, но в голосе не проскользнуло строгих ноток.

— А что? — отпустив отбивающуюся меня на пол, рассмеялся парень. — Чем не фэнтези? Тоже из области сказок и выдумок. Пусть Селиван понервничает, когда его спокойствию начнут угрожать потенциальные три сотни девиц.

— Селиван? — переспросила я, стараясь вспомнить, слышала ли я это имя в академии. — Так нашего принца зовут Селиван?

— Старшего Селиван, среднего Кларен, а младшего Торин, — с улыбкой от уха до уха доложил друг детства его высочества.

— Погоди-погоди… Кларен? — снова переспросила, удивленно прижимая ладони к щекам. — Так этот пятикурсник и есть принц? У него еще друг Зирк. Они так ржали надо мной, когда я грозилась надрать высочеству уши за фликусов. И впаривали мне, что простые столичные парни, не графья.

Вот врунишки. Кстати, я все гадала, как вы с Коршуном с такой мелочью дружили. Их трое!

Риксон согнулся пополам от смеха.