Нарисуем, будем жить

Затем вытащил из коробки неходовой товар и сунул странному покупателю. Женщины осуждающе зафыркали и с легкостью выпихнули предателя из своих тесных рядов, придав тому ускорения тычками и смешками.

— Три рецепта! — восторженно взвизгнула очередная покупательница, и очередь снова хлынула к продавцу.

— Вот, — помахал перед моим лицом неожиданным трофеем потрепанный, но счастливый провокатор и хихикнул, — учись, как публику шокировать. Чуть не прокляли.

На обложке устаревшего две недели назад издания крупным планом были изображены члены палаты лордов, а заголовок гласил, что они снова что-то приняли.

Свежо."

"— Ну-ка, ну-ка, — я остановила рукой мельтешение детища конкурентов и протянула голосом заправской обиженной ябеды: — Фии, Рикс, они не напечатали твоего паа-пуу…

Риксон поднес обложку к глазам, убедился, что родителя действительно затерли на задний план, и скривил губы в презрительной усмешке.

— Как это мелко! — высокопарно воскликнул молодой человек и отправил журнал в ближайшую урну.

— Какая мелкая месть Фартонам!

— Ничего глубже не придумали, — поддержала я коллегу, проследив взглядом за траекторией полета

«Светской жизни». — Фантазии хватило только папу нашего не напечатать. Полагаю, он им это припомнит.

Дружно расхохотались и пошли по тротуару в сторону рынка.

Жизнь в столице сегодня бурлила особенно ярко. Если учесть что других развлечений люди не видели, то ажиотаж вокруг обновленного журнала был вполне логичен.

На Земле так ждали выхода нового фильма, чтобы скорей посмотреть, обсудить, узнать новенькое и перемыть косточки. Помню, бабушка рассказывала, что первые сериалы смотрели взахлеб абсолютно все без исключения. Улицы города в этот час пустели. Здесь со временем страсти тоже поутихнут, но для этого нужно все журналы сделать интересными или изобрести кинематограф. А пока «Столичная жизнь»

оправдывала свое название и била рекорды популярности.

Мы дошли до начала рыночной площади в обстановке всеобщего приподнятого настроения. Я

оглядывалась всякий раз, когда слышался цокот копыт проезжающего мимо экипажа. Оглянулась и в этот раз. Именно в тот момент, когда наглый жеребец решил дыхнуть мне в шею, а в результате фыркнул в лицо. Кажется, удивились оба.

— Фу, Ветер! — отшатнулась я под хохот художника и владельца кареты счастья и полезла в сумку за припасенным яблоком.