Нам было отпущено лето... (СИ)

Никогда не понимал тех, кто составлял маршрут. Они пытались впихнуть и экстрим, и историю, и все на свете в одну поездку. Собирая совершенно разных людей с разными интересами, пытались угодить всем. И после такой поездки в горы у каждого оставался легкий осадок. У любителей истории и тишины болела голова и зашкаливал пульс от проездов на скорости над пропастью в открытом уазике. А у тех, кто с восторгом принимал эту часть поездки, потом начинали скрежетать зубы от нудного стояния в очереди к объектам культурного и природного значения.

- О, - невольно произнес я, найдя старый рюкзак, за которым и ушел, - тебя то я и искал.

Но когда я вернулся в гостиную, она была пустой.

- Вот, придется с тетушкой передать, пусть собирается, - усмехнулся я.

Сам я был собран еще в ту ночь, в которую не смог уснуть после разговора с соседкой. Оставалось только перепроверить все. Выспаться. И уговорить Марину отправиться со мной за новыми впечатлениями о горах. Я был уверен, что она впечатлится.

- Только осталось уговорить, - усмехнулся я, набирая номер тетушки, чтобы передать рюкзак Марине.

Когда предмет был отправлен с очень надежным посыльным, пошел в душ. У зеркала остановился, разглядывая свое отражение. Долго вглядывался в свой образ. И тут для себя решил, что надо обескуражить Марину. Чтобы у нее не осталось сил и желания со мной спорить.

Марина

Я не знаю, зачем положила в рюкзак влажные салфетки, предметы личной гигиены и теплые вещи. Мозг понимал, что это неправильно.

- Я не выйду, пусть идет хоть Эверест покоряет. Я останусь тут, - когда рюкзак был собран, а точнее просто набит тем, что мне казалось нужным, я села на кровать и приняла важное решение.

Спать не хотелось. Поэтому очень долго ворочалась. Много думала. И сама не заметила, как провалилась в сон. Из которого меня тут же, как мне показалось, выдернул стук в дверь. Решила не реагировать. В коне концов я взрослая женщина. И уже приняла решение. Но спать не получалось. Так как стук не прекращался. Когда он стал настолько нестерпимым, что разболелась голова, я встала и открыла дверь.

- Ого, - в один голос произнесли мы с Егором.