Нахалка (СИ)

— Итак, в чем заключаются их особенности?

— Вы рассчитываете на полное доверие с моей стороны? — спросил он лукаво."

"— А вы нет? — ввернула я. Молчит. Я продолжила. — Поскольку я якобы должна быть в курсе вашей жизни, боюсь, без откровений не обойтись.

— Допустим, — согласился он. — Тогда что вы скажете о себе?

— Я…

Не то чтобы океан, но явно море, жгущее своим холодом, окатило меня с ног до головы. Либо это паника, либо страх, все одно, мысли полетели хороводом, одна хуже другой, но вымолвить хоть что-то у меня так и не получилось.

— Вот так всегда, — подвел он итог и вывел меня из оцепенения.

— Как так?

— Стоит вас спросить о личном, вы замыкаетесь. В лучшем случае начинаете подбирать слова, достойные международного дипломата, но глаз не поднимаете, в худшем — смотрите в пол и как рыба беззвучно открываете рот. Что вы вновь прекрасно продемонстрировали.

Глядя на мое словесное бессилие, он улыбнулся.

— Не могу сказать, что этот вид не будоражит, — его улыбка не была открытой, но коснулась глаз.

— Но мне бы хотелось все-таки слышать вас, а не только лицезреть. Ведь доверие — это ключ к выигрышу нашего союза.

— Временного союза, — напомнила я.

— И все же. Не уходите прочь от темы.

— И что бы вы хотели знать?

— Ваши романы, если таковые были, — опять, словно не веря, он усмехнулся, — как долго они длились?

— Что и говорить, они были кратковременны, безболезненны и…

— Неужели безнравственны?! По вам не скажешь, что за этой…

— Не смешно, — отрезала я, — вы уж определитесь с мнением относительно меня и перестаньте выдвигать абсурдные предположения.

— Например? — Посерьезнел он.

— Во-первых: романы имели место быть.

— Не знал, что вас подобное предположение заденет.

— Скорее рассмешит. В моем-то возрасте и без романов, XXI на дворе.

— Ясно. — Отрезал упрямец, — что в остальном?

— В смысле?

— После «во-первых» по закону жанра должно идти «во-вторых»…

— Не безнравственны, а безобидны. — Закончила я.

— Подобного определения романа между парой я еще не встречал.

— С эмоциональной точки зрения. — Пояснила я. — Это просто. Ничего сверхъестественного. Имен немного, они мужские…

— В вашем-то возрасте и немного, приятно слышать. И весело было бы, затешись среди них женское! — констатировал он, потирая руки.

— Женя и Кирилл. — Продолжила я спокойно.

— И все-таки одно затесалось!

— Евгений — он!

— Да-да, не будем забывать. Никаких аномальных отношений, только гетеро.