Наиглавнейшая проблема Академии Драконов

— Мартин… — произнесла я, потому что декан все-таки меня отпустил.

Но уходить не спешил.

Стоял рядом и смотрел на меня, и в ночном полумраке я не могла понять, что было в его взгляде. Но на всякий случай произнесла:

— Со мной опять приключилась какая-то ерунда!

— Ты в очередной раз нас всех спасла, моя бесстрашная девочка! — отозвался тот. Затем быстро добавил — раньше, чем я успела возразить, объяснив, что теперь-то я уже ничья. — Тебе непременно нужно отдохнуть, Эйвери! Поговорим обо всем завтра утром.

Я кивнула, соглашаясь, но уходить Мартин не спешил — все так же стоял и смотрел.

Внезапно мне показалось, что он собирается с духом, чтобы меня поцеловать, и ищет аргументы.

Причем не только для меня, но и для себя."

"Не успела я окончательно растеряться и придумать, как избежать этого поцелуя, при этом не обидев Мартина, как из черных кустов под окнами общежития вылез Зигурт. Ринулся ко мне, вклинился между нами, оттесняя темным боком декана, и я подумала…

Уж не действовал ли дракон по указе Кайдена?

— До завтра, Мартин! — сказала я декану.

Принялась поглаживать Зигурта, понимая, насколько сильно по нему соскучилась. — Все в порядке, — заявила уже ему. — Лойрин не пострадала. Она вернется утром, а сейчас охотится. Нет, я не скажу тебе, где именно. Подозреваю, ей тоже нужно немного покоя.

Как и мне — он мне был жизненно необходим.

— До завтра, Эйвери! — с легкой досадой в голосе произнес Мартин, после чего развернулся и ушел.

Я же еще немного почесала Зигурту шейку, после чего тоже сбежала — подумала: не дай Боги, из кустов следом за своим драконом вылезет еще и Кайден, а разговора с ним мне совершенно не хотелось.

Кажется, я наговорилась в жандармерии на месяц вперед!

Повезло, в свою комнату удалось пробраться незамеченной, а предупрежденная о моем опоздании комендантша лишь кивнула и не стала задавать вопросов.

Удостоверившись в том, что Риз преспокойно спит, я скинула с себя одежду, шипя от боли в пострадавшем плече, после чего отправилась в душ.

Вернувшись, натянула сорочку и улеглась в кровать, после чего моментально заснула — крепко-накрепко.

И спала так долго, пока в моем сне не появилась… виверна.

Дальше я тоже спала, хотя это больше походило на пограничное состояние между сном и бодрствованием.

В этой полуяви Деви просила меня установить с ней мысленный контакт. Но на этот раз за виверной стоял вовсе не мужчина средних лет, который назвал себя моим отцом и обещал, что уже скоро я вернусь домой.

Ее разумом управлял другой.