Наиглавнейшая проблема Академии Драконов

— Если так, то мы сможем…

Но он все-таки покачал головой.

— Нет, для меня это слишком далеко. Но если я попробую…

— Другое место не подойдет, Кайден! Мы в самом центре города, вокруг люди, — возразила ему.

Ну что же, раз так, то у меня не оставалось иного выхода.

— Кайден, я…

Гаррешш был уже рядом, нервничая, спрашивал, уверена ли я, что ему стоит присоединиться? Возле меня стоит враждебный маг, и тот может причинить вред.

Не только ему, но и мне.

«Все в порядке, — сообщила я гаррешшу. — Он не сделает нам ничего плохого».

По крайней мере, не сейчас. Не рядом с полудюжиной готовых вот-вот взорваться бомб.

И тут же Кайден неверяще распахнул глаза. На его лицо набежала тень, а на скулах заходили желваки, когда на его глазах мой симбионт и я стали одним целым.

Но мне было все равно, что Лорд Севера подумал обо мне и о происходящем, потому что я знала, как мне стоит поступить.

— Я возьму это, — сказала ему.

Вновь прикоснулась к первому цилиндру, затем ко второму. Они были теплыми, но еще недостаточно разогрелись для взрыва.

Я кое-что вспомнила из науки Ксавьера — когда тот, потягивая спиртовую настойку на ящерицах, которую делал Тукан, и устроившись возле костра на заброшенной станции Чаверти, рассказывал нам о тонкостях взрывного искусства.

— Думаю, у меня еще осталась пара-тройка минут. Бомбы уже не обезвредить и от них не избавиться, но Лойрин рядом, и мы скинем их с Края.

— А что, если они взорвутся по дороге⁈

Какой-то глупый вопрос, промелькнуло в голове.

— Значит, они взорвутся по дороге. Но гаррешш меня спасет. — По крайней мере, он попытается. — Точно так же, как он спас нас с тобой на стадионе.

Кайден не знал, кто такой гаррешш, но догадался, это стало ясно по его изменившемуся лицу.

А больше ничего говорить я не стала. Принялась сгребать цилиндры в охапку.

— Я полечу с тобой, — заявил Кайден. — Зигурт уже рядом, он будет здесь через несколько минут.

— Слишком поздно, они вот-вот взорвутся, — качнула я головой. — Кайден, выводи всех! Здесь могут быть еще бомбы, а у меня нет времени их искать.

— Ты сможешь меня когда-либо простить, Эйви? — спросил он напоследок, когда я кинулась к двери, прижимая к себе цилиндры.

— Смогу, — сказала ему, не поворачивая головы.

Потому что я могла его простить. Отец Таккер в своих заповедях учил нас делать это изо дня в день, и мне казалось, что подобное мне по силам.

Да, я была в состоянии простить Кайдена Ритчера. Но полюбить его снова⁈

Вряд ли.