Наиглавнейшая проблема Академии Драконов

Распрямил, и на нем оказался детальный план «Дикого Гуся» — просторный обеденный зал, большая кухня, объединенная с хозяйственными помещениями на первом этаже, и три номера для загулявших гостей на втором.

Рядом с таверной Анджей схематически изобразил Край и магическую загородку с одной стороны и улицу с домами с другой.

Один из домов оказался обведен чернилами.

— Вот о чем я толкую, — произнес он, и два его брата — родной и названный — склонились над чертежом. — Думаю, мы все провернем вот как…

* * *Утром я все еще чувствовала себя настолько слабой, что с трудом отбилась от Риз, требовавшей немедленно рассказать обо всем администрации академии, после чего заявить о попытке отравления в жандармерию.

— Я обязательно это сделаю, — пообещала ей. — Но не сейчас и немного по-другому!

Мысли уже крутились в голове, но я пока еще не до конца продумала, как все провернуть. Обставить таким образом, чтобы виновные понесли заслуженное наказание, но при этом мне бы не пришлось рассказывать, откуда взялся пузырек и что было внутри.

— И вообще, пока еще непонятно, кто это сделал, — добавила я.

— Что тут непонятного⁈ — округлила глаза Риз. — Конечно же, это были Селия Винслер и придурошная Долорес Кортес, ее подружка! Вот я им волосенки-то повыдергиваю! А когда их посадят в тюрьму, то принесу кексы со слабительным. Пусть на себе почувствуют, что это такое, когда тебя кто-то пытается отравить!

Но кексы со слабительным Селии и Долорес пока еще не грозили — по крайней мере, в ближайшее время, потому что я до сих пор не ощущала себя настолько здоровой, чтобы с ними бороться.

Хотя я уже встала с кровати. Покачиваясь, отправилась в душ, после чего принялась собираться на подготовку, понимая, что нахожусь далеко не в лучшей форме."

"— Вот что, Риз! — сказала я подруге. — Тебе тоже нужен браслет, определяющий яды и привороты, потому что отравить пытались не только меня.

— Сегодня же сделаю в лаборатории, — кивнула она. — Придумаю что-нибудь, а магисса Левковски мне поможет.

— Я тоже справлюсь, — пообещала ей. — Не волнуйся, я непременно с этим разберусь. Со всем этим!

Потому что прощать своим врагам я больше была не намерена.

Но сперва мне не помешало бы разобраться с завтраком — так как даже мысль о еде вызывала у меня отвращение и позывы к тошноте. Затем с Видаром, который снова постучал в мою голову, решив нанести утренний визит, а теперь спрашивал, как я себя чувствую.