Наг для мятежной Дюймовочки (СИ)

Это было нужно, чтобы ты не уничтожила все свои творения и мир, который создавала с такой любовью, сестра Великого. Но без этой частички ты — это не ты. Пришло время ее вернуть. За столько тысячелетий даже память бога способна притупиться, теперь ты сможешь пережить ту боль, вернуть себя, простить и снова ощутить, что значит чувствовать и любить.

— Любить?! — богиня сквозь слезы расхохоталась. — Любить?! Великий Дракон окончательно сошел с ума, если решил, что это возможно!

— Может быть, — спокойно произнес один из стариков.

 — Но он надеется, что однажды вы снова сможете встретиться, и он увидит тебя, свою любимую сестру, счастливой. А пока врата будут надежно запечатаны.

Шшассана крепко стиснула зубы, с ненавистью уставилась на стариков и прошипела:

— Великий Дракон мне не брат! Он увел мой народ, не дал свершиться моей мести. Не прощу!

— Он спасал свою сестру от безумия, — не скрывая горечи, произнес один из стариков, — и очень надеется, что теперь ты сможешь со всем этим справиться.

— Почему сегодня он не пришел сам?

— У него свой путь, но своих детей он все равно не оставляет, как и тебя. — Несколько мгновений старики молчали, а потом тот, что стоял посередине, повернул голову сначала к правому, потом к левому другу и кивнул им, словно… прощаясь?

Внезапно он отступил от Врат и вскинул руку. Тела двух стариков засветились ярким нестерпимым светом и, превратившись в потоки чистой энергии, рванулись в руку оставшегося.

Показалось, старик увеличился в росте — столько в нем оказалось силы:

— Любить не страшно.

Страшно не любить, — произнес он и направил гигантский поток во Врата.

— Нет! — услышали мы почему-то жалобный возглас Шшассаны, и граница пошла волнами, затем превратилась в светящееся силой пространство. В его середине появился яркий золотой сгусток. И в момент, когда он вылетел к нам, пространство Врат погасло, а старик чуть ссутулился и обернулся. Его глаза все еще мерцали ярким белым золотом.

— Врата закрыты, — тихо произнес он.

 — Ключ снова в ваших руках, — он поочередно посмотрел на преемников погибших Хранителей: Аншаса, Шанаса и Асшанию. — Перстень же предавшего Хранителя когда-нибудь достанется другому, достойному памяти своих предков. Сила Великого Дракона за этим проследит.

Шар света разделился на четыре перстня. Три из них оказались на пальцах новых Хранителей, а четвертый исчез. Старик еще некоторое время постоял, разглядывая нас.