Наедине с герцогом

 – Как вы можете быть такой жестокой? – Она заговорила громче: – Как вы все это можете?

К чести собравшихся горожан, теперь они устыдились по-настоящему."

"Энтони сжимал и разжимал кулаки. Ему не было нужды смотреть на Изабеллу, чтобы видеть, что она вся дрожит, потому что он чувствовал ее дрожь всем телом, однако смелости ей было не занимать. Она оставалась на своем месте. Он повернул голову, чтобы найти взглядом ее родителей, и увидел, как они побледнели. Энтони ободряюще улыбнулся им, но, казалось, это нисколько их не успокоило.

Кто-то еще что-то добавил. Энтони изучал присутствующих. Он нашел глазами мистера Робертса. Его губы были угрюмо сжаты, глаза потемнели от злости. А потом герцог увидел самодовольную ухмылку леди Харриет. Он заметил, как радостно блестели ее глаза. Энтони вскочил и бросился вперед. С него хватит!

* * *Изабелла, дрожа всем телом в присутствии обвинявших ее людей, наблюдала за тем, как Энтони приближается к отцу Грину. Подходя к председателю, герцог выглядел как человек, готовый на все, даже на убийство.

Когда они прибыли сюда, Энтони казался очень взволнованным, именно поэтому Изабелла решила уберечь его от обращения к присутствующим и заговорила с ними сама. Теперь она смотрела на Энтони как на человека, готового ради нее убить дракона. Ее охватило простое и сильное чувство – Изабелла ощутила, что ее сердце вот-вот разорвется от любви к нему. Какие бы сомнения ни одолевали герцога по пути сюда, казалось, теперь они уступили место злости, настолько сильной, что она могла испугать даже самого храброго из мужчин.

Разумеется, громкие голоса обвинителей стихли, когда горожане увидели, как герцог направляется к председателю. Один за другим они шарахались от него, садились на место и отводили взгляд, опасаясь навлечь на себя его гнев. Но Изабелла боялась, что, как бы жители Моксли ни боялись герцога, мнение собравшихся о ней останется неизменным. Честно говоря, она радовалась, что здесь нет позорного столба, поскольку была уверена, что присутствующие испытали бы дикую радость, глядя на то, как она горит на костре.

Что бы Энтони ни сказал, что бы ни сделал, ничего уже не изменишь. Слухи расползались по городу. Леди Харриет выиграла. Господи боже! Изабелла сама слышала, как какая-то женщина уверяла, будто она увела у нее мужа и будто он не смог купить еды, потому что все свои деньги отдал Изабелле, расплатившись за доставленное удовольствие. Слухи множились. Она погибла.