Наедине с герцогом

Она же внучка маркиза, черт возьми!

– Я… Мне невыносима мысль о том, что я вновь увижу его, – призналась миссис Чилкотт. Не было никаких сомнений в том, кого она имеет в виду. – И я опасаюсь реакции Изабеллы – что она подумает о нас, когда узнает правду?

– Чем быстрее вы ей обо всем расскажете, тем лучше, – заверил ее Энтони. – И как только вы это сделаете, я надеюсь получить ваше благословение. Я хотел бы предложить вашей дочери руку и сердце, пока этого не сделал мистер Робертс.

– Видите ли, я до сих пор не понимаю, почему вы так его не любите, – сказала миссис Чилкотт.

Энтони посмотрел на мистера Чилкотта.

– Вы ничего ей не говорили, да?

– Должен признать, что я с трудом мог поверить вам, поэтому решил прямо спросить у мистера Робертса. Он заверил меня, что сделает все возможное, чтобы Изабелле было комфортно.

Еще бы! Мистер Чилкотт явно решил не обращать внимания на то, что как только мистер Робертс женится на Изабелле, уже ничто не помешает ему поступать с ней так, как ему заблагорассудится.

– Кто-нибудь может мне это объяснить? – поинтересовалась миссис Чилкотт.

Поскольку мистер Чилкотт явно был не намерен этого делать, на долю Энтони выпало сообщить миссис Чилкотт о том, что понимание комфорта ими и мистером Робертсом несколько отличается. Что в конечном итоге Изабелла фактически станет его служанкой.

– Поверить не могу, что ты знал об этом и ничего мне не сказал! – возмутилась миссис Чилкотт, обращаясь к мужу.

– Мне известно, как нравится тебе мистер Робертс, и я не хотел выставлять его в невыгодном свете, пока не узнаю, что его светлость говорил правду. Но когда мистер Робертс стал отрицать все обвинения, я… я поверил ему.

Миссис Чилкотт на мгновение прикрыла глаза. Когда она открыла их, то посмотрела прямо на Энтони.

– Вы говорите правду, ваша честь, или хотите таким образом добиться своего?"

"– Я готов поклясться на могиле своего отца, что сказал только то, что услышал от самого мистера Робертса.

– Мы не можем позволить своей дочери выйти замуж за мистера Робертса, – пробормотал мистер Чилкотт.