Пари на дракона. Поцелуй навылет

Моя сестра имеет огромное влияние среди знати и до сих пор злится, что Гарриард в своё время выбрал меня, а не её. Но в поступках Тины нет злого умысла, она просто приверженка традиций. Наша задача — эти традиции изменить.

— Каким образом? — спрашивает Мирра.

Мы втроём почти одновременно подаёмся вперёд.

— Наденем на дракона поводок? — отвечает императрица и звонко хохочет, замечая, как вытягиваются наши лица. — Мои личные артефакторы уже довольно долгое время разрабатывают устройство, которое сможет противостоять привязке со стороны дракона.

— Как обереги альв? — вырывается у меня.

— Да, — одобрительно кивает Белла. — Мы не закончили разработку. Не хватает небольшой доработки и одного важного элемента. Доработку, я надеюсь, сможет сделать мастер Панчек. Вы не представляете, как я порадовалась тому, что он приехал в Илларию.

Императрица молитвенно складывает ладони и возносит взгляд к потолку, будто благодарит драконьих богов.

— А элемент — это привязка? — Лери возвращает Арабеллу с небес на землю.

— Как мы выяснили, не она сама, а спектр магии, выбрасываемой драконом в этот момент. Нам нужно его запечатлеть, чтобы артефакторы смогли подобрать нужные конфигурации глушителя.

— Вы артефактор? — уважительно интересуюсь я, впечатлённая знаниями Арабеллы.

— Да, можно сказать, что я тоже своего рода артефактор, — мягко посмеивается императрица. — Мой род не просто так считается самым богатым в империи. — Она подмигивает мне и ласково похлопывает Мирру по сложенным на коленях ладоням.

Принцесса украдкой обменивается со мной взглядом, на что я лишь неуверенно пожимаю плечами. Сказать Белле, что привязка физически не может случиться?

— А что, если мы не сможем сформировать привязку? — спрашивает Мирра, чётко поймав мой сигнал.

— Как это? — хмурится императрица.

Теперь уже она выглядит растерянной. Как ребёнок, который уже видел леденец на столе, но, отвернувшись на мгновение, не находит его на том же месте.

— Мы ещё мало знаем о привязках… — прихожу на помощь я.

— Да? — перебивает Белла и красноречиво смотрит на браслет на моём запястье. — На тебе старинный оберег от привязки и защитный амулет лучшего друга моего сына. Этот самый лучший друг, обычно здравомыслящий, прошу заметить, совершил глупый поступок, подарив эту брошь. Тем самым привлёк к тебе внимание отпетых сплетников. Поправь меня, но кажется, о привязках ты знаешь достаточно.

— Это произошло случайно, — пискнув, я опускаю взгляд.