Надэя. Незаконнорожденная

Отложив приборы в сторону, он впервые за долгое время попрал свои же требования.

- Его величество желает познакомиться с тобой, Надэя, - неожиданно произнес он, заглядывая в мои глаза. – Мы выезжаем через семь дней.

Матушка ахнула и прикрыла свой рот ладошкой. На ее лице появилось озабоченное выражение вкупе с хорошо осязаемой тревогой.

- Мы? – только и могла вымолвить она, глядя на своего супруга.

Отец с нежностью взглянул на свою жену и ласково сжал ее руку.

- Мы, Лэйла. Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

- А как же Данар? – не удержалась я от вопроса и посмотрела на брата.

Отец покачал головой.

- Данар останется в Шорхате. Он будущий хозяин этих земель, ему пора брать на себя ответственность. Детство закончилось, сын, грядут перемены, к которым тебе нужно подготовиться. О женитьбе пока можешь не думать, все свои силы ты должен отдать Шорхату. Отныне ты в ответе за свои земли и за всех людей, что проживают на его территории. Помни только об одном – наша семья дала клятву верности королевской семье.

Широкая улыбка осветила лицо Данара, но его голубые глаза остались задумчивыми и серьезными. Брат понимал свой долг и ответственность, которую возлагал на него отец. Всю свою жизнь он готовился к тому моменту, когда Шорхат перейдет в его руки.

Данар не высказал огорчения, что ему придется остаться дома. Он не расстроился бы, даже узнав, что ему суждено провести в Шорхате всю свою жизнь. Он любил свои земли, своих лошадей, собак и ловчих птиц.

Меня же фраза о переменах не на шутку взволновала. К сожалению, уединенная жизнь в имении имеет свои минусы – мы не ведаем, что твориться за ее пределами. В последнее время нашими гостями были лишь озабоченные моим благосостоянием дамы, которым нет дела до политики и всего того, что твориться в мире.

- О каких переменах идет речь, отец?

- Король Саркота объявил войну королю Вилонии. Грядет война, которая заденет интересы Юраккеша. Его величество не может допустить, чтобы саркотские войны оказались на его границе.

От этой новости внутри все похолодело. Все три государства были, так или иначе, для меня значимыми. Вилония – как родной дом близкого мне человека, Саркот – как место рождения Надэи, а Юраккеш – как моя родина.