Надэя. Незаконнорожденная

Наспех привожу свою одежду и волосы в порядок. Заглянув напоследок в зеркало, выскакиваю из своей комнаты.

Шум в холе заставил меня остановиться. Были слышны радостные вскрики домочадцев и их веселый смех. Глубоко вдохнув воздуха, начала медленно, словно истинная леди, спускаться по лестнице. Я не надеялась оказаться первой среди тех, кому он протянет руки в свои объятия, но искренне надеялась, что меня ими не обделят.

Юсуф был всегда добр ко мне, но скуп на телесные прикосновения. Во-первых, я ему не родная дочь, хотя он никогда об этом мне не напоминал, а во-вторых, я была девочкой, пусть и живущей с ним в одном доме, но не имеющей никакого близкого отношения к его семье.

Остановившись на предпоследней ступени, застыла в ожидании. Лэйла-хатун и Данар обнимали уставшего, но довольного мужчину, слуги то там, то тут подглядывали за семейным счастьем своих хозяев.

Наконец очередь дошла и до меня, взгляд мужчины остановился на мне.

- Надэя! Рад видеть тебя, дочь! – произнес он, улыбаясь.

Преодолела последние ступени с колотящимся сердцем. Оказывается, я сильно успела привязаться к этому человеку, даже больше, чем к Лэйле-хатун. Видимо не зря говорят, что дочери ближе к отцам, а сыновья к матерям. Юсуфа я считаю своим отцом, пусть и не по праву рождения.

- Подойди, Надэя. Дай взглянуть на тебя, - весело произнес он, выпуская из своих объятий жену и сына.

Я подошла ближе и присела в поклоне. Сегодня я оделась в платье и убрала волосы согласно местной моде. И не пожалела. Матушка будто чувствовала скорое возвращение отца, который задержался в столице на неопределенный срок, заставляла всех слуг бегать по замку и приводить его в порядок. Хотя куда уж еще, здесь и так чисто, словно каждый день проводят генеральную уборку.

Выпрямившись, осмелилась первой начать разговор.

- С возвращением, отец!

С замиранием сердца слежу, как опущенные ранее руки поднимаются и распахиваются для объятий.

Сколько я так простояла, не ведаю, но тактичное покашливание матушки привело меня в чувство. Резко разорвав объятия, отступила назад и взглянула на стоящую рядом женщину. Весь ее вид говорил о том, что она очень недовольно нашим поведением.