Надэя. Невеста принца

Быть может, этот дом должен был стать для меня золотой клеткой? Действительно ли он наслаждался нашими любовными забавами или представлял на моём месте свою любовницу? Как его простить если он надругался над моей жизнью и разрушил мои прекрасные мечты?!

Но одно я знаю точно - я хочу домой. Я больше никогда не покину Шорхат. Смерть Хасиба сделала меня богатой вдовой, а значит мне больше нет необходимости выходить замуж. На эти деньги я смогу отстроить себе дом на краю имения и обеспечить себе спокойное будущее.

"Мои стремления поддержал отец, который взял из сокровищницы принца столько золота, сколько уместилось в семи сундуках. Кроме этого, он забрал и великолепные украшения, которые дарил мне супруг. Остальное перешло во владение моей бывшей свекрови, хотя та билась за каждую монетку, говоря, что я так и не была настоящей женой принцу.

Единственным камнем преткновения для нас с отцом стал отстроенный Хасибом дом. Отец предлагал его продать, я же хотела оставить его как есть.

С его величеством я попрощалась накануне своего отъезда. Это был тяжёлый, но необходимый нам разговор. Я уверила короля что ни никого не держу зла и у меня нет намерений покинуть Юраккеш.

Амир Второй преподнёс мне поистине щедрый дар, за который я буду ещё долго его благодарить. Зная о моём пристрастии к верховой езде, он подарил мне поистине великолепного коня суранской породы. И хорошо обученным, что было для меня немаловажно.

Покидая Ашааар, я не пролила ни одной слезинки. Зачем попусту тратить свои слезы? Боли больше не было, в груди зияла пугающая пустота, которая с каждым днём разрослась сильнее и сильнее.

Нас с матушкой сопровождал большой отряд стражников, среди которых, к своему неудовольствию, я увидела знакомое лицо Эйфара Гоара.

Пока ехали по городу, мне пришлось довольствоваться крытой каретой, но стоило лишь нам пересечь городские ворота, к неудовольствию матушки я потребовала подать жеребца.

Я пустилась вскачь, оставляя своих путников далеко позади себя. До моего сознания постепенно доходила истина, которую я не осознавала до этой минуты - насколько же ограниченной была моя жизнь в столице.