Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)

А в таком бою все зависит от веса снаряда — на испанских линкорах он в полтора раза тяжелее, все же 305 мм и 283 мм — есть разница четыре центнера или три⁈

— Жаль, «Канариас» нельзя успеть подготовить к бою, но все три «серверы» нужно брать — «Лейпциг» не должен уйти. И обе флотилии эсминцев — веерная стрельба торпедами даст определенный результат, достаточно вспомнить участь злосчастного «Балеареса»…

Асарола даже не заметил, что рассуждает вслух, постукивая карандашом по столу. А когда опомнился, то ощутил собственные нервы, натянутые струнами — тронь и зазвенят!

Бургос

— Рад вас видеть в Бургосе, сеньор генерал.

Мола посмотрел на только что прилетевшего из Португалии генерала Санхурхо, что находился в изгнании в соседней стране и оттуда принимал участие в подготовке переворота.

— Я на это надеюсь, дон Эмилио, — несколько сварливо отозвался прибывший главнокомандующий, — вот только мне нужен нормальный мундир, этот, как видите, мне не подходит.

— У вас будет другой мундир, «хефе», я немедленно распоряжусь. Как насчет чашечки кофе?

— Не откажусь, признаться, нужно взбодриться после перелета. А то понимаете, видеть перед взлетом, что произошло с товарищами — тягостное зрелище. Мне рассказали, как «Дрэгон» оторвавшись от земли, и начав набирать высоту, неожиданно лег на крыло, и подобно комете, сорвался вниз. Погибли все, и мои мундиры сгорели в этом костре.

— Вы любимец фортуны, «хефе», — Мола впервые так именовал Санхурхо, давая тому понять, что признает его неоспоримое лидерство. И подумал, что тот невероятный счастливчик — восьмиместный самолет «Дрэгон Рапид» («Стремительный Дракон»), доставивший генерала Франко с Канарских островов, а потом перелетевший в португальский городок Эшторил, разбился при перелете в Бургос с офицерами штаба Африканской армии, присланными из Марокко.

Тут можно только посетовать на несправедливость судьбы!

А вот генерал Санхурхо, которого отвлекли переговоры с Салазаром, вылетел позднее намеченного часа.