Над законом

Красиво – это комплимент. Вы Ирма?

– Ирма – это кличка. Вообще-то я Ирина.

– Очень приятно. Илларион.

– Ну и имечко.

– Какое есть. Выбирать, знаете ли, не приходилось. Но простите меня, я должен принять душ и одеться, да и вы, похоже, торопитесь. Мы ведь еще увидимся?

– Возможно. Гуннар, похоже, хочет, чтобы мы работали в паре.

– А вы остались без напарника? Куда же он подевался?

– Он погиб.

– Ай-яй-яй, какая неприятность! Как же это вышло?

– По-моему, вы торопились в душ.

– Но позвольте!.. Если я собираюсь занять его место, то я должен быть уверен, что меня не постигнет его участь!

Ирма-Ирина довольно грубо оттолкнула Иллариона с дороги и торопливо направилась вниз, дробно стуча каблуками по деревянным ступенькам.

– Вам привет от Борисыча! – крикнул ей вслед Илларион.

Она остановилась так резко, словно налетела на кирпичную стену, и медленно обернулась. Илларион даже испугался – он никогда прежде не видел, чтобы у человека так резко менялось лицо. На секунду ему показалось, что на него вполоборота глянула оскаленная морда бешеной волчицы, но наваждение тут же прошло, яркие губы прикрыли волчий оскал, а в карих глазах потух плотоядный огонь.

– От какого Борисыча? – почти спокойно спросила она.

– От егеря Борисыча, который проводник. – Илларион сухо улыбнулся, с удовольствием наблюдая за ее замешательством. – Да не дрожите вы так! Я пошутил. Он мертвее мертвого – убит наповал и сгорел в собственном доме, как какое-нибудь полено, так что все шито-крыто. Но перед этим он успел мне кое-что шепнуть.

– Что же? – спросила она и поднялась на две ступеньки. – И, главное, когда?"

"– Он жаловался на вас – говорил, что вы повели себя несколько.., гм.., неожиданно. Дело в том, что я присутствовал при том, как его убили. Можно сказать, что он умер у меня на руках. Он и еще один парень в форме, но тот, помнится, ничего не говорил.

– Так это были вы!..

– Вот именно. И еще одно. Я хочу, чтобы вы об этом знали, раз уж мы теперь напарники: Старик обещал подсыпать в мою кормушку лишнее ведро овса, если я привезу ему вашу прелестную головку в оригинальной упаковке.

Не дожидаясь ответа, Илларион резко повернулся на каблуках и легко взбежал по лестнице, захлопнув дверь своей комнаты прежде, чем его собеседница успела открыть рот.

Через полчаса, умытый и свежий, Илларион спустился вниз.

Как он и ожидал, Ирина подкарауливала его в каминной.

– Нам нужно поговорить, – сказала она.

– Сколько угодно, – не стал спорить Забродов.