Над Канадой небо синее…

Тот принес меньшее кресло, которое закрепили впереди, защелкнув какие-то замки.

– Садись! Застегнулся?

Князь рукой проверил, что сын пристегнут.

– Жанна, толкни!

Она уперлась в поплавок и легко сдвинула катер. Князь ногой помог катеру развернуться и опять запустил двигатель. На этот раз они летали минут двадцать, после этого сели обратно.

– Хочешь? – спросил он у Жанны.

Та отрицательно покачала головой, но неотрывно смотрела на машину. Облизала пересохшие от возбуждения губы и спросила:

– А можно?

Князь заулыбался.

– Только волосы подбери, надень куртку и сунь их под нее. Тебе придется сидеть на волосах, чтобы на винт не попали.

– Так? Правильно?

– Правильно. Садись, пристегнись. – Рука князя похлопала ее по груди и замкам системы.

Теперь помогал отталкиваться Сашка. В лицо Жанне несколько раз плеснула вода, и она пропустила сам момент отрыва. Когда открыла глаза, то море было уже далеко внизу. Окрестности огласил сначала визг, а потом восторженный крик:

– J’ai volée!!!

Сделав не слишком большой круг, князь послал машину вниз, проскользил над водой в бухте и аккуратно притер машину, направив ее к берегу.

Ныряла княгиня с огромным удовольствием и на большие глубины.

Через неделю был объявлен прощальный ужин. В меню были седло барашка, лангусты и лобстеры, жареный и копченый марлин, куча вкусностей, опять пели песни.

"Утром прошлись по пляжу и острову и собрали малейшие кусочки мусора. Затем подошли катера, и началась погрузка. К тому времени все было упаковано в контейнеры, они герметически закрылись и были опечатаны. На всех обычная одежда. Матросы скатили контейнеры в воду и подняли на борт с воды.

Ордер пошел в сторону Кронштадта. Анастасия Гавриловна в Выборг идти отказалась, но просила на следующий год прислать Марию домой.