Начальник милиции (СИ)

Неужто и правда студент?

Зашнуровав последний ботинок, приготовился рвануть прочь от бравых правоохранителей. План простой — нырну в толпу, дальше прыжками по пляжу, потом выскочу на набережную. Снова в толпу, снова бежать и… а дальше куда? Куда путь держать?

Я же где-то живу-ночую. Нутром чую, что у меня есть кровать, шкаф и, наверняка, холодильник. Только где все это? Куда бежать-то? Как мне узнать? И снова осенило. А не буду я сбегать. Пускай в отделение доставят. Там мою личность установят, уже мало-мальски буду в курсе своей нынешней биографии.

Выходит, что сдаться мне пока выгоднее. Ну и поворот в моей жизни.

Конечно, есть риск, что за хулиганку упекут на пятнадцать суток, но что такое полмесяца ареста по сравнению с годами, которые я провел за решеткой? А может, я и вовсе разрулю и все обойдется? В конце концов, Эрик не собирается собственной персоной ехать в отделение, а он главный свидетель моего якобы непотребного поведения. Значит, если что, отбрехаюсь. Решено, побег пока отменяется.

— Ну что, соколики? — я распрямился, закончив со шнурками.

— Чего?

— Воронок где? В ментовку на чём попрем?

— Ишь какой, машину ему подавай, — дернул бровями белобрысый. — На троллейбусе, гражданин, поедем.

* * *Двухэтажное здание милиции почему-то напоминало деревянный барак довоенных времен. Брусовые стены скривились и осели под тяжестью прошлой эпохи и просились под удар «шар-бабы» — гигантской гири для сноса строений.

Шиферная крыша кишела воробьями, которые в волнах-дырках наделали гнезд.

На здании длиннющий фанерный щит, от руки намалёваны красной краской огромные буквы: «МИЛИЦИЯ». Наверное, художник был пьян, потому что некоторые буквы куда-то повело, как будто их так и тянуло прилечь.

Под вывеской — табличка поменьше, более аккуратная и внешне более официальная: «ГОВД Зарыбинского горисполкома».

"Ха! Я в каком-то провинциальном городке. Почему именно сюда забросила шутница-судьба? Нет чтобы в столицу закинуть. Там возможностей больше и, конечно, сытнее. Во все времена так и было в Белокаменной. Да что говорить, даже когда Москвы и в помине не было, а на ее месте росли дремучие леса, говорят, что у грибников, которые бродили там, возникали странные ощущения, что они лучше остальных грибников.