Начальник милиции. Книга 5

Потом вторую, и проник-таки в кабинет. Хотелось, чтобы секретарша тоже не знала, что я из милиции, как-никак на завтра собирался запланировать мероприятие по мясу, а для этого мне нужно было переговорить с директрисой, узнать кое-чего…

— Виталина Сергеевна! — кричала сзади секретарша. — Извините, я не виновата! Он сам вломился!

Виталина Сергеевна? Опа… В мозгу щелкнуло. Почему имя мне очень знакомо? Оторвавшись от «хвоста», я перевел взгляд на обладательницу просторного кабинета, утопавшего в зелени комнатных растений.

Я узнал директрису. Сразу. Как, впрочем, и она меня.

— Все в порядке, Алла, — дала отмашку Виталина Сергеевна. — Товарищ записан.

— Но… — недоуменно встала на пороге церберша.

— Я сама его записывала, идите, работайте. И подготовьте мне, наконец, акты списания.

— Так комиссия еще не вся собралась и…

Директриса так зыркнула на подчиненную, что та без слов все поняла. Выскочила пробкой из кабинета и прикрыла за собой обе двери.

Директор мясокомбината прошла ко мне навстречу. Худая, как доска. Нос, очки и все тот же строгий жакет — вот что я запомнил при первой нашей встрече. Ну и осанка, конечно, — несгибаемая, как березовое полено. Взгляд серых глаз, от которых веяло вечной прохладой, смотрел на все сверху вниз, с легким пренебрежением.

— Здравствуйте, Александр Александрович, — кивнула мне товарищ Загоруйко. — Неожиданно… Как там мой Валентин? Надеюсь, ничего не натворил, о чем мне бы пришлось беспокоиться?

— Валентин — молодец… Я как руководитель уголовного розыска выражаю вам устную благодарность за воспитание достойного сына, хорошего сотрудника, практически ни одно расследование не обходится без его кропотливого участия.

Речь длинная, но это мы пока только поздоровались.

— Это все слова, — скривила бровь змейкой женщина, — Вы же не за этим сюда пришли.

"— Не за этим… Ну и что? А вам разве не приятно услышать об успехах вашего сына?

— Господи, мой сын и милиция! Какие там могут быть успехи, я вас умоляю!

— Когда-нибудь я напомню вам эти слова, когда вы будете гордиться сыном, и вам будет за них стыдно… — пожурил я её, впрочем, не слишком серьёзно.

Переубедить прямо сейчас я её всё равно не смогу, но жизнь рано или поздно докажет её неправоту, в этом я действительно не сомневался.

— Это вряд ли.