Набери мой номер ночью

Услышала, Маш?"

"Я не ответила, поскольку он снова задергал рукой, еще резче. Теперь я вынуждена была стонать ему прямо в губы. И кончала под этим же самым взглядом. Он словно мне самой показывал, в чьих руках власть над моим удовольствием — как условный рефлекс вырабатывал. И ведь получалось, меня как будто накрывало его черной аурой, а тяжелый взгляд где-то на подкорке переплетался с удовольствием и фиксировался в этой сцепке намертво.

И, обеспечив необходимый ассоциативный минимум, он неожиданно добавил нежности — когда обмякла в его руках, прижал к себе и держал, давая прийти в себя.

Я спешно застегивала джинсы и оправляла свитер, теперь не к месту стесняясь ироничного взгляда и стыдясь того, как извивалась на его пальцах несколько минут назад, уподобившись какой-то обезумевшей шлюхе. А он будто только ждал, когда закончу, — схватил меня за руку и потащил к выходу. Вероятно, чай все-таки будет. Какой оказался бесконечный и насыщенный вечер.

Заговорил он лишь тогда, когда мы входили в его подъезд.

— Маш, то, что тебя заводят голосовые команды, еще не означает, что ты стопроцентный пассив. Но если уж честно, то мне и не нужен стопроцентный — я начинаю быстро скучать, мне нужен сдающийся противник, а не сдавшаяся тряпка.

— И много у тебя их было? — зачем-то спросила я.

— Достаточно для того, чтобы я смог развлекать нас обоих, — он улыбнулся. — Не ревнуй к бывшим. Это всегда труба. Будь настоящей или будущей.

В знакомой прихожей я уже окончательно оклемалась, потому вскинула подбородок.

— Во-первых, я не ревную, не придумывай. Я вообще ни о каких к тебе чувствах не заикалась. А во-вторых, не говори так, будто мы уже встречаемся.

Я стягивала пуховик. Чаепитие уже вряд ли повредит после того, что было. Он бросил пальто прямо на тумбу.

— Ты встречаешься с кем-то еще?

— Нет, но… В смысле, «еще»?

— Тогда не вижу проблем.