Набери мой номер ночью

Внимательнее глянул на эмблему курьерской фирмы, пришитую к лацкану куртки.

— Мог бы и догадаться. А чего так? Денег мало платил?

Достаточно платил. Я только в последнее время поняла, что достаточно.

— Да нет, по личным причинам, — заявила я. — Может, все-таки подвезу вас? Сегодня очень холодно.

Он снова вернулся к своему нервному ожиданию:

— Ну да, а потом этот придурок здесь меня будет бегать искать. Он так-то ответственный, ты не подумай…"

"Я дождалась с ним машины, которая как раз появилась со стороны проспекта через пару минут.

Тепло попрощалась и удалилась.

Не знаю, почему я ощущала себя пораженной. И только после смогла понять свои эмоции. Оказывается, я и сама не заметила, как провозгласила себя главной для Кирилла женщиной — такой, за которой месяцами охотятся, чье имя покупают за немыслимые деньги, кому звонят и кого хотят безраздельно. И, может быть, все эти пункты правда, но с одним небольшим и все перечеркивающим допущением, — я никогда не была для него самой главной. И с «бабами» он не завязывал, там за плечами ощущается огромный опыт, просто брату не докладывает, потому что об однодневках родне и не принято сообщать.

Про бывших упоминал, и у меня даже сомнений нет, что предполагается множественное число. Отрывается с ними, забывается. И со мной, вероятно, это удалось лучше всего. Он меня все-таки выделял, вряд ли он тратил столько времени и терпения на расстановку ловушек для каждой. Или я ему ту самую Галю напомнила? Чем-то похожа? Почему именно это имя всплыло? И если так, то он об меня все это время мучился. Как он там выразился — «часть мазохизма в доминанте, которая иногда тоже необходима»? Как странно, когда единственная вытянутая спичка десятилетней давности рушит целый замок собственной значимости.

Все-таки есть во мне женщина — именно она сейчас обижается непонятно на что, и именно она желает нравиться даже тому, с кем не планировала отношений. Я и не догадывалась, насколько его внимание все это время льстило, а теперь я вдруг хлопнулась с неба на землю.

А вот это уже от мужской части во мне — зудящее в груди уязвленное самолюбие и желание быть первым, даже если вопрос яйца выеденного не стоит.

Пришлось даже бить себя по рукам, чтобы не позвонить Кириллу, непонятным образом что-то ему доказать, а потом заявить, что больше он моего голоса не услышит. Остановили меня только размышления, на какую тему скандал закатывать, ведь повода нет. А ссориться на тему, которую и сформулировать толком не можешь, как-то несподручно.