На руинах Мальрока

Надеялись, что он образумится, и не переставали уговаривать народ прекратить губить свои души. Доходило до ругани, и даже драки случались, но поначалу без крови. Хоть мы и разошлись во взглядах, но бросить Альрика я не смогла — в тот трудный момент взяла командование на себя и вывела часть людей из западни. Меня тогда послушались — никому не хотелось попадаться ортарцам. Нас преследовали, не давали и мига на отдых; мне пришлось вновь стать жестокой и устроить погоне несколько кровавых уроков. Но это не помогало: солдаты были сытыми, им не приходилось месяцами терпеть лишения — они не отставали.

Мы дошли до северных предгорий и там успели укрыться в пещере. Она была очень удобна для обороны: десяток бойцов легко сможет отбиться от сотни противников. На крайний случай имелся и второй выход, о чем ортарцы знать не могли. Они пытались нас атаковать, но понесли потери и вернулись наверх. Пытались выкурить, но тоже не получилось. Тогда они завалили лаз огромными глыбами. Несколько дней работали, пригнав быков и лошадей, — думали, что похоронили нас заживо. Глупцы — не догадались про второй выход. Дождавшись, когда все утихнет, мы им воспользовались.

Увлекшись, Альра выплеснула на себя часть отвара из кружки. Недоуменно в нее заглянула — содержимое давно остыло, а она даже пары глотков не сделала. Поставив посудину на чурбак, вздохнула:

— Альрик после того случая начал вести себя осторожнее — разделял наш отряд на группы, вел разведку, наносил удары лишь наверняка, нападая на одиночных гонцов и мелкие дозоры.

Но даже при этом нес потери — солдаты ведь не ходячие мертвецы и хорошо умеют отвечать на удар. При моем руководстве тоже случались потери, но не такие и не постоянно. Ну не было у него способностей! Наши силы слабели, а он свирепел все больше и больше. Солдат продолжал распинать на крестах, а на грудь вешал таблички, где писал, что каждый, кто прикоснется к телу, навеки погубит душу, подарив ее Тьме. Странно, но солдаты в это начали верить — зачастую не трогали крестов. Все суеверия вспомнили, да и Межгорье тоже на них давило — чего угодно готовы были ожидать от нашей долины. Когда возле горловины он схватил сразу пятерых солдат, я наконец не выдержала. Мне удалось уговорить некоторых его сторонников одуматься, а другие вконец запутались, не веря уже ни ему, ни мне. Пора было это прекращать: нормальные люди уже устали упрашивать меня уйти в горы, бросив Альрика и его сумасшедших.