На руинах Мальрока

За садом дорога выходит к реке, дальше вдоль берега тянется к замку. Вода, стиснутая каменными берегами, шумит на бурном перекате, вздымаясь бурунами у валунов. По правую сторону начинается поле — какие-то сорняки вперемежку со стеблями недоспевшей ржи. Тук оживляется, начинает громко рассуждать о перспективах сбора такого самовольного урожая. Видимо, посеяли здесь еще до начала фатальных событий, а потом уже некому было собирать урожай, но спелое зерно, высыпаясь, прорастало само.

Я почти не прислушивался к его словам — жадно смотрел вперед, на приближающийся замок.

Невтерпеж осмотреть каждый камешек этой цитадели — едва сдерживаю себя, чтобы не начать нахлестывать коня. Поле закончилось перед рядами рогаток и кольев. Никто их не рубил, не выворачивал из земли, не жег — королевские солдаты спокойно прошествовали по единственному проходу, оставленному среди этих укреплений. Он не вел прямиком к воротам — делал два изгиба, чтобы нападающие вкусили все прелести перекрестного обстрела. Но следов боя нет — ни трупов, ни обломков стрел, ни пятен крови на отесанном дереве.

Сдали замок без боя, как и предполагал.

Перед башней лежало несколько грубо сколоченных длинных лестниц. Одна из них стояла, прислонившись к стене, метра три не доставая до парапета. Понятно, почему их побросали — солдаты ошиблись с определением размеров и не смогли забраться наверх. Они не стали наращивать осадных приспособлений, а поступили проще: подожгли ворота. От них осталась лишь груда железных полос, кованых гвоздей и обугленных деревяшек.

Спешившись, мы повели лошадей под уздцы — им очень не хотелось заходить в закопченный туннель, воняющий гарью и разложением.

Ничего, главное — стены целые. Восстановим все, обязательно восстановим.

Прям сглазил — перед вторыми, внутренними, воротами в стене туннеля светлел пролом.