На пути Орды

 – Ты же слышала, тут клад зарыт где-то… – Убрав полученные от официантки деньги, Алеша выгреб из кармана пляжную мелочь и лохматую сотню:

– А это вам за ужин! Здесь и на чай!

– Ты что даешь-то?!

– Мелочь – хорошая. А сотенная, верно, так себе. Я тоже не могу себе в убыток расплачиваться, – ответил Алеша. – Пойдем, Катя. – Он кивнул старику: – Еще увидимся, дедушка!

– Круто! – сказала Катя, когда они отошли от кафе на значительное расстояние и стало очевидно, что преследования не будет. – Как ты про директрису врал, на голубом глазу! Ну, Аверьянов, ты крутой!

Алексей качнул головой:

– «Крутой»… Не-е-ет, так дальше продолжаться не может.

– Да нет, я точно говорю, она от тебя обалдела.

– Секрет простой. Взрослые же ничего не видят, отродясь ничего не читали, ничему не учились, не умеют думать. Начинаешь с ними говорить, как настоящий отличник, они сразу ниц падают – гений! А потом, без всякого перехода, вдруг в жопу пошлешь, – у них сразу крыши отъезжают.

– Я тоже так делаю! – восторженно глядя на Алексея, сказала Катя. – Только я обычно с самого начала, безо всяких предисловий, сразу в жопу посылаю. До чего же мы с тобой похожи!

* * *«Шестерка» зампотеха с визгом затормозила возле КПП полигона.

Медведев уже встречал их."

"– Я благодарю вас за своевременное предупреждение о таинственном перемещении вашего «опеля» и прошу извинить меня за просьбу незамедлительно приехать сюда… Это было вызвано крайней необходимостью, поверьте.

– Да вон он стоит, – указал Михалыч. – Отсюда видно. И как я его не заметил?!

– Дело не в этом. Пройдемте к нему…

– Что-то не так?

– Да нет, все так. Просто есть одна странность…

– Сюрприз за сюрпризом!

– Вы уверены, что купили новую машину?

– Конечно, уверен. Две недели назад взял. С иголки, без изъянов! А почему вы спрашиваете?

– А потому что… Сами посмотрите!

Подойдя к машине, Медведев указал Михалычу на крышку багажника.

– Что это такое? Такое впечатление, будто кто-то отрихтовал поверхность, нанося легкие удары чем-то острым – гвоздь с молотком, зубило и молоток… И ведь вы гляньте, около сотни ударов.

Михалыч смотрел, потеряв дар речи. Наконец он пришел в себя:

– Этого не было!

– Не сомневаюсь. Но теперь есть?

– Есть.

– Что это?

– Непонятно! – сказал зампотех, пожимая плечами.

– Бессмысленно – главное! – качнул подбородком Михалыч.