На отбор вызывали?

А исходящий оттуда жар опалил лицо, не предвещая ничего хорошего.

Понимая, что дракон решил поджарить добычу, я завопила изо всех сил:

– Не-ет!

С отчаянием смертника принялась извиваться меж зубов со всем возможным усердием, пытаясь избежать высшей степени прожарки.

Глава 44. Драген"

"Магический резерв полностью опустел. Я был выжат, как тряпка в руках прачки, но сдаваться попросту не имел права. Светлана выживет, чего бы мне это ни стоило. Я принес девушку в этот мир, взял на себя ответственность за ее жизнь и, что бы ни совершила (если совершила), она не пострадает.

Из поваленного деревца я сделал рычаг. Вставив бревно меж зубов дракона, навалился всем телом, чтобы раскрыть пасть и освободить девушку. Морда зверя шевельнулась. Челюсти начали медленно расходиться, но едва я собрался отбросить рычаг и поднять пострадавшую на руки, как меня сбило волной жара.

Увы, я поздно понял, что произошло. Пламя уже родилось в утробе дракона. Нужно действовать быстрее, вцепиться в ногу Светланы и потянуть на себя.

Я не успел бы защитить магией, даже будь резерв полон. Но мог бы вытащить… Через мгновение, наполненное тупой болью от осознания собственной ошибки и черным отчаянием, я неотрывно смотрел на столб пламени, в котором тлела розовая юбка сиены.

– Нет, – я без сил рухнул на колени. Волосы мои задымились, по одежде кое-где побежали шустрые ящерки пламени, а я не реагировал. Казалось, только что потерял нечто очень важное. – Только не это. Нет!

Сердце в груди будто сжали в тисках, стало трудно дышать, перед глазами все плыло… возможно, от дыма.

Не задумываясь над своими действиями, я медленно достал меч. Опустошенность, растерянность и… закручивающийся ком гнева. Поднявшись на одно колено, я поддался волне жестокой ярости. Плевать, что это сторожевой дракон короля! Он должен понести наказание за то, что отобрал у меня…

Ее! Девушку с огромными карими глазами и робкой улыбкой. Иномирянку со слишком развязным поведением, но такую открытую и бесхитростную в отчаянной честности.

Сиену, которая пыталась принять законы чужого мира, и ко всем была добра. И к чокнутой белке, которая постоянно подводила ее, и к бесчувственному чурбану, который вместо того, чтобы выслушать и попытаться помочь, мучил и обвинял во всех грехах.

Рыча, я глотал противную соль и шел на дракона. Его пламя уже стихало, и повторить жестокий выдох существу удастся еще нескоро. А если мой удар будет достаточно метким и сильным – никогда! Уж я постараюсь.