На конкурс красавиц требуется чудовище

Тина прижала руки к груди и прерывающимся голосом предположила:

— А что если это сам Правитель писал?

Она тут же бросилась поднимать листок, бережно разглаживать заломы и причитать:

— И теперь он страдает от неразделенной любви. И от того, что не сможет жениться по любви. И…

— Что она последним читала? — шепотом спросила я, наблюдая за всей этой суетой круглыми глазами.

Марон нахмурился, вспоминая, и неуверенно ответил:

— Несравненная Иветта и тайный лорд?

— Тайны лорда Дербиора и маленькая леди Роуз, — отчеканила Тина, — и это прекрасный роман, в котором нашлось место и любви, и приключениям! А вы все — бесчувственные насмешники.

— Меня-то за что, — удивилась я, — мы с тобой одну библиотеку на двоих собираем.

Подруга чуть смутилась:

— Извини. Просто… Помните, в газетах опубликовали изображение указа, написанное лично Правителем? Это был его первый указ, тот самый, который невозможно отменить. Я его вырезала и храню. И вот почерк там один-в-один, как на этой записке. А первый указ Правитель всегда пишет сам, полностью.

Я же в этот момент судорожно пыталась вспомнить, когда это было и что это был за указ. Наш Правитель взошел на престол при весьма туманных обстоятельствах и, одновременно с этим, Совет Крылатых получил ряд привилегий. Что и привело к целой волне насмешек и прозвищу полу-Правитель. А вот указ…

— Про развод, — Тина закатила глаза, — раньше только мужчина мог подать на развод, а женщина нет.

— Неправда, — возмутилась я.

— Ты свои Окраины со всей страной не путай, вы же присоединялись почти добровольно и ваши «окраинные уложения» перешли в категорию «культурные традиции, охраняемые законом».

— Какие конкретно? — заинтересовалась я, — проклятья и переломы?

— По-моему, она должна будет омыть женщине ноги и расчесать волосы, — Марон нахмурился, — но это не точно.

Мы немного помолчали, а после Тина хмыкнула:

— Ну вот, даже в Иль-доратане женщина может подать на развод.