Освобожденный любовник

Затем он освободил брата, для того, чтобы обнаружить, что он по-прежнему очень далек от него. Век, который последовал после их побега от Госпожи, был тоже своего рода адом, когда он жил в постоянном ожидании того, что вот-вот Зи опять слетит с катушек, вмешиваясь, когда так и происходило, и, беспокоясь, когда наступит следующий раунд этой бесконечной драмы.

Затем появилась Бэлла и они оба влюбились в нее.

Бэлла была прежней пыткой, но в новом обличье. Потому его судьбой была постоянная тоска, ему суждено всю жизнь оставаться сторонним наблюдателем, видеть огонь, но быть не в состоянии приблизиться к нему так близко, чтобы согреться.

— Ты когда-нибудь вернешься? — спросила она.

— Я не знаю.

Щетка застыла.

— Может быть, она тебе понравится?

— Может быть. Не останавливайся пока. Пожалуйста… не сейчас.

Фьюри протер глаза, и щетка возобновила свои движения. Это тихий, спокойный момент был их прощанием, и она знала это. Она тоже плакала. Он чувствовал в воздухе свежий чистый запах дождя.

Но она плакала по совсем другой причине.

И все это должно было порвать его цепи и вырвать из этой слезно-сопливой рутины, но как бы ни так. Он полностью погрузился в грусть.

Конечно, он будет видеться с Зейдистом там, на Другой Стороне.

Тогда до него дошло. Ребенок. Он никогда не увидит малыша ее и Зи. Разве что только на фотографиях.

Щетка прижалась к его волосам и пробежалась по затылку. Закрыв глаза, он отдался ее ритмичным движениям.

— Я хочу, чтобы ты полюбил.

Я уже люблю.

— Все в порядке.

Она остановилась и встала перед ним.

— Я хочу, чтобы ты полюбил кого-то по-настоящему. Не так, как думаешь, что ты любишь меня.

Он нахмурился.

— Без обид. Но ты не можешь знать…

— Фьюри, на самом деле ты не любишь…

Он встал, и их глаза встретились.

— Пожалуйста, прояви ко мне уважение, прекратив предполагать, что знаешь мои эмоции лучше, чем я.

— Ты никогда не был с женщиной.

— Был. Прошлой ночью.