Обрученные

И ступеньки ему для этого не понадобятся!

Разве это нормально?

— Вот так и становятся каблуками… — сказал он, глядя на себя утром в зеркало.

Вот только Вардан не из того теста.

Он не позволит восемнадцатилетней сикушке управлять его настроением, поведением, жизнью в конце концов.

Если она не хочет общаться с ним, окей. Он тоже не станет.

Потому что он ей никакая не шавка, которая будет крутиться вокруг хозяйки, виляя хвостом и вымаливая толику ласки.

Один день он продержался, продержится и еще.

* * *И пошли чередом безрадостные дни.

Вторые сутки без Лианы Вардан перетерпел со скрипом. Завалил себя работой по самую маковку, сидел и разбирался. Проторчал в офисе, чуть ли не до двух часов ночи.

На третьи сутки оказалось, что никакой срочной работы у него уже и нет, все что можно переделал вчера, подчистил хвосты. Даже начал ковыряться в проекте нового ресторана, который забросил с полгода назад.

На четвертые сутки он нашел денег на строительство нового здания под ресторан и боулинг в соседнем городе.

На пятые ему захотелось выть.

Лиана сошла с радаров, больше никак себя не проявляла.

Даже из дома не выходила. По крайней мере, ее телефон, им подаренный разумеется, находился все время в доме.

Да, Вардан даже опустился до такого, что следил за Лианой по ее гаджету. Делать-то еще что?

Чувствовал он себя гаже некуда.

И вправду не понимал, как Лиана так может.

Она что, всерьез представляет свою жизнь без него? Он вот — нет!"

"Вардану было больно от одной только мысли, что Лиана исчезнет из его жизни.

Никого другого себе в жены он не хотел, только ее. И в любовницы не хотел…

Оно, конечно, надо — преподать девчонке урок, чтобы больше никогда не проявляла к Вардану такого неуважения, как недавно. Но… Что-то затяжной урок вышел. И непонятно было, кто кому его преподает.

В общем, Вардан проглотил свою гордость, запил ее своими обидами и порулил к Лиане.

Потому что ну невозможно уже было находиться в этом мире без нее.

К тому же в случившемся отчасти виноват и он сам.

Сам разбаловал девчонку, сам на шею себе посадил, вот она там и сидит. И хорошо ей на верхотуре.

Надо бы ей как следует объяснить, насколько она неправа. Ведь любовь — это в первую очередь доверие, которого она ни капли не проявила.