Мы влипли

— Что ты хотел?

— Мне сказали, у тебя появился новый парень, это правда?

Дернула плечом.

Как я и думала, Машка уже разнесла сплетню, так необдуманно слетевшую с Сониных губ.

— Какое тебе дело? Сам ходишь в окружении девушек, а мне нельзя?

— Значит, правда. Кто он?

— Неважно.

Матвей шагнул ко мне. Я охнула, хотела спрыгнуть с подоконника и сбежать, но не успела.

Он вжал, так, что ребро подоконника больно впился в попу, я его пальцы сомкнулись на плечах.

— Матвей, отпусти!

— Назови имя. Это кто-то из университета? Из твоей группы?

— Нет! Пусти!

— С работы?

— Какое тебе дело?

Попыталась оттолкнуть и для этого пришлось прикоснуться его груди.

Ладони загорелись не меньше лица.

— Кем бы он ни оказался, ты не будешь с ним встречаться, Полина.

Сказал таким безапелляционным тоном, что во мне тут же начало расти негодование. Хоть у меня и нет никакого парня, но он не имеет права вести себя так и указывать, с кем мне встречаться, а с кем нет. Я не собиралась молчать.

— Что? Ты не можешь мне указывать, не имеешь права!

— Не обсуждается.

— Проблем?

— Именно. У него, у тебя. У вас обоих.

— Что?

Все внутри похолодело.

— Ты… ты мне угрожаешь?

— Информирую.

Я потеряла дар речи и не могла сразу сообразить, что говорить или делать дальше. Ясно только одно, Сонин план потерпел оглушительное крушение. А то, что я узнала о Матвее, не дает усомниться в его словах.

На тело навалилась неконтролируемая слабость.

Его руки все еще сжимали, иначе я бы не устояла.

Двухминутный разговор с ним вымотал сильнее многочасовой тренировки. Я отвела взгляд и даже прикрыла глаза, чтобы хоть как-то собраться с мыслями.

— Матвей, зачем тебе это? Если мы… расстались, то… незачем.

— Это плохо скажется на моей репутации. Все, что тебе нужно знать, — отчеканил он.

На репутации? Он серьезно?

— Все, о чем ты можешь думать, это… это… какая-то репутация?

Вновь вскинула на него глаза.

Они сейчас были чернее ночи. Два омута, которые затягивают и не отпускают. Страшно, но хочется. Так хочется шагнуть за черту. Я сделала это, больно упала и теперь мне будет очень сложно подняться.

— О чем еще я по-твоему должен думать, Муромцева?

Муромцева, даже не Полина.

— И всего за неделю, что меня не было. Быстро. В общем, надеюсь, ты все поняла и второй раз повторять не придется.