Нищенка в элитной академии (СИ)

– Говори! – не контролируя себя от разрывающих душу в клочья эмоций, я замахнулся и ударил кулаком в стену, совсем рядом с лицом целителя.

– Она… она… она отдала свои силы, чтобы ты выжил, – испуганно пролепетал маг, вжимая голову в плечи и беспощадными словами вырывая сердце из моей груди.

– Что? – опешил, не ожидая услышать такого. – Отдала… свои силы… – ноги подкосились, но я не упал, хватаясь за дверной косяк. – Но… зачем…

Знал бы хоть кто-нибудь, как сильно в этот момент я хотел умереть. Пусть даже самой страшной пыткой, только бы вернуть ее в мир живых.

– Мы… мы-мы… – заикался маг, – мы не смогли найти того, кто согласился бы пожертвовать собой ради…

– Ради меня?! – взревел я, чувствуя, что внутри все горит. Полыхает настолько сильно, что изо рта вот-вот вырвется пламя. – А меня спросили?! Готов ли я продолжать дышать ценой ее жизни?!

– Но…

– Лиен, – раздался голос отца из коридора и спустя секунду он ворвался в палату, оглядывая меня тревожным взглядом. – Сын, я…

– Как ты мог?! – голос дрогнул, и слезы вновь навернулись на глазах.

– Сын, подожди, – родитель шагнул вперед, но я ненавистно зарычал, выпуская свою магию, которая незамедлительно окутала все тело.

– Это все он! – меня трясло от ярости и жажды отмщения. – Он всему виной!

– Лиен… – вновь позвал отец, опасливо поглядывая на мое тело, вспыхнувшее пламенем.

Не хотел никого слушать. В груди кровоточила зияющая дыра, которую невозможно было вылечить.

«Я растерзаю тебя на мелкие куски! Ты будешь умолять о пощаде, которой не дождешься!»

– Сын, да послушай же! – крикнул родитель вслед, когда я рванул в коридор, направляясь к массивным дверям, за которыми находился выход во двор академии.

Отец что-то говорил, но, съедаемый собственными эмоциями, я не смог распознать ни слова.

Было больно. Сильно больно. Внутри что-то разрасталось, ломая кости и пытаясь разорвать меня на части, чтобы выбраться на свободу.

"– А-а-а-а-а! – из моей груди вырвался оглушительный крик, разносясь по всей округе.

Упав на колени, закрыл лицо ладонями, а потом резко поднялся, переходя на бег.

Полыхая, словно факел, я мчался вперед, не реагируя на стражей и тех, кто попадался на пути.