Музыкальная шкатулка Анны Монс

Они обе ожидали возвращения Анны с нетерпением, и, стоило ей появиться дома, как они тотчас усадили ее и принялись расспрашивать. Она же не смела врать, говорила все, как есть.

– Ну почему он выбрал тебя?! – в который уж раз воскликнула Модеста. – Ты же ни на что не способна! Ах, если бы мне…

И матушка, горестно вздыхая, прикладывала к глазам кружевной платочек. Анна чувствовала себя виноватой: не оправдала она чаяний семьи и надежд Лефорта.

Когда он появился в аустерии на следующий день, Анна спустилась, готовая принять его гнев.

– Ты прелестна, – сказал он.

– Я…

– Петр спрашивал о тебе.

– Мне показалось, что я ему не понравилась, – об этом весь вечер твердили ей матушка и Модеста, укоряя Анну за то, что она упустила такой шанс.

– Понравилась, – заверил ее Лефорт. – Однако не спеши. Чем быстрее одерживается победа, тем быстрее пропадает интерес. Нет, дорогая, все должно быть иначе…

Он был спокоен, и его спокойствие передалось Анне.

– Полагаю, что весьма скоро Петр даст о себе знать. Знаки внимания его принимай, иначе царь оскорбится, он весьма самолюбив, но не поощряй его к вольностям. Вокруг Петра всегда множество женщин, тебе нельзя стать одной из многих.

И Лефорт не ошибся.

Не прошло и нескольких дней, как в аустерию заглянул гость, не царь, но друг его, тот самый, с круглым лицом и лоснящимся взглядом, от которого Анне стало неудобно.

– Ай, хороша, – сказал гость на прощанье.

И на следующий день Анне доставили пару голубков в плетеной корзине, что было весьма мило…

– Ну… – матушка, пристально оглядев подарок, вздохнула, вероятно, она ждала чего-то иного. – Для начала – неплохо. Анхен, не будь дурой…

Теперь ежедневные нотации, которые приходилось выслушивать Анне, стали и вовсе невыносимыми.

И Анна не знала, куда ей деваться.

Единственной отдушиной стали почти ежедневные визиты Лефорта. Франц появлялся в аустерии и, дождавшись, когда Анна оденется соответствующим образом, вел ее на прогулку.