Музыкальная шкатулка Анны Монс

Долго складировались… годами… и вот теперь Ксюше предстояло понять, что из этих запыленных сокровищ подлежит дальнейшему хранению, а что – выносу к мусорным бакам. Главное, маме «не озвучивать». Мама вечно все считает очень нужным, важным и живет по принципу «авось пригодится».

Телефонный звонок раздался, как раз когда Ксюша решилась-таки открыть дверцу самого большого шкафа, того, который был сделан по дедушкиному проекту, в силу чего обладал он чудовищной вместительностью.

Коробки, коробочки, ящики и узлы какие-то… вещи, стопками… книги, тетради…

И тут зазвонил телефон.

– Да? – Ксюша прижала трубку к плечу. Эта ее привычка бабушку раздражала – подобные жесты для леди неприемлемы. – Я вас слушаю.

Тишина. Дыхание частое, собачье какое-то. И потрескивание.

– Вас не слышно!

– Верни.

Голос скрипучий, механический.

– Что… вернуть?

Нет, в контору, случалось, сумасшедшие звонили. И угрожали. И даже однажды письмо прислали с белым порошком, как выяснилось – не с сибирской язвой, а с обыкновенным, стиральным.

– Верни, а то хуже будет!

– Извините, вы, наверное, не туда попали, – Ксюша нажала на отбой. И вот чего людям в жизни не хватает?

Хайд зевнул. Ему явно не хватало тишины и покоя, которые царили в доме, когда Ксюша ходила на работу. Телефон зазвонил вновь.

– Верни, – прошипели в трубку, и Ксюша на всякий случай отодвинула ее от уха: мало ли, вдруг бабушка права насчет дурных эманаций, которые передаются по телефону? – Верни, или кто-то умрет.

– Кто умрет?

Вот привязался! Сказал бы, что именно вернуть-то?

– До понедельника.

И – короткие гудки.

Ну и что Ксюше прикажете делать? В полицию идти? И что она им скажет? Неизвестно кто позвонил, требуя вернуть неизвестно что, в противном случае угрожал убить неизвестно кого… бред!

А номер не определился.

– Мы же не станем придавать этому значения? – спросила Ксюша, и Хайд опять зевнул.

Разбирать шкафы ей резко расхотелось.

– Пойдем гулять?

Хайд отвернулся. Он уже гулял сегодня.

– Ну пожалуйста, пойдем. А то…

Ксюше стыдно было признаться, что ей в голову ужасы всякие лезут. Она – существо впечатлительное, но прогулка все исправит. И Хайд со вздохом поднялся: ни в чем он хозяйке отказать не мог.

Вот только далеко уйти у них не получилось: у подъезда Ксюшу поджидали.

– Здравствуйте, – сказала она, перекладывая поводок в левую руку. – А вы к кому?

– А я к вам, – Игнат Алексеевич улыбнулся.