Мужчина из научной фантастики

В тот момент я была занята тем, что смотрела, как Ремарк наклоняется и целует мои губы, раскрывает их и проникает…

– Мельник!

Неожиданно прозвучавший окрик заставил меня вынырнуть из своих грез и посмотреть на тревожно нахмурившегося куратора.

– С вами все в порядке? Я несколько раз пытался до вас достучаться и не смог. Вы что, сегодня на спарринге с Саймаком дрались?

Потрясенная своими фантазиями, я на автомате ответила:

– Да, сэр…

– Надо бы с ним поговорить: что-то он переусердствовал. Я скину вам завтра свое решение по каждому студенту, и мы встретимся немного позднее.

Хорошо? – спросил адмирал, пытаясь заглянуть мне в лицо, которое, наверное, было красным, как помидор.

В полном ступоре я смотрела в пол.

– Мельник, вы хорошо себя чувствуете? – снова послышался голос Ремарка."

"Немного отойдя от шока, я заставила себя посмотреть на куратора и сказать:

– Да, сэр, не беспокойтесь.

Косясь на меня, мужчина поднялся и пошел к выходу, то и дело оборачиваясь и настороженно поглядывая на меня.

Но мне было все равно. Как только за командиром закрылась дверь, я в некотором оцепенении отправилась в душ, разделась и встала под струи теплой воды.

Что ж, Фиса, пора признаваться: у тебя серьезная проблема. И хуже нее для меня быть ничего не могло. Ибо я влюбилась в адмирала Нарана Ремарка, главу по безопасности одного из самых влиятельных секторов.

Вот дура!

И, сползая по стене душевой на пол, закрыла лицо руками.

Наран Ремарк

Я сидел у себя в кабинете и пытался проверять отчеты о случаях нападений пиратов, но мысли мои находились далеко от этих происшествий.

И предметом моих дум была Феоктиста Мельник, старшая одной из моих групп. Как такое могло случиться, что я из-за своей беспечности и самоуверенности проморгал привязку и увлекся студенткой?

А все начиналось так безобидно. Сначала любопытство, потом порывы, общение, эмоции. Изменения происходили так постепенно, что были практически незаметны. Но главное сделали сплетни и она, такая правильная, дотошная, цельная личность.

Эмоции вышли из-под повиновения, не помог даже контроль. Надо что-то предпринять.

Внезапно дверь кабинета отворилась, и в комнату вошел Гер. Побратим приблизился к столу и расположился в кресле. Немного помолчав, он спросил:

– Наран, зачем ты подписал приказ о переводе Гита?

Раздражает он меня!

Посмотрев Расселу прямо в глаза, я ответил:

– Затем, что у него непроходные баллы по трем предметам.