Муж напрокат

Максим оглядывается по сторонам, Егор, навострившись, со своим ружьишком наперевес осматривает территорию. А я понимаю: что-то не так. Прям кожей чувствую. Моё чуткое женское сердце бьётся быстрее. Оно догадывается, чует беду. Ищу глазами Максима. И хотя знаю его всего ничего, уверена: он спасёт, поддержит, вытащит из любой опасной ситуации.

Я обожаю свою пасеку, для меня это не просто источник дохода, в неё я вкладываю душу. И, если с ней что-то случится, я не переживу. Как я буду расплачиваться с банком? На что прокормлю девочек? У меня есть паспорт на хозяйство, оно официально зарегистрировано.

Что-то не так.

* * *Нас обманул ветер. Вернее, его направление. Он дул нам в спину, и мы не сразу почувствовали запах дыма, а когда подошли ближе — услышали треск огня, напоминающий тихий шёпот.

— Егор! — глубоким голосом зарычал Максим, и этот его приказ, он как будто доносился до меня из другой, параллельной вселенной.

Да ничего мы не сможем. Я это уже знаю. Слышу их и едва понимаю, словно остановилась во времени. В немом ужасе смотрю на помощника и фиктивного жениха, а думаю о своём. Не могу поверить, что человек, спавший со мной в одной постели, способен так жестоко поступить с тем, что я люблю.

Пожар — это конец. И это сотворил Афанасий — мужчина, бывший со мной в отношениях! Единственный, кого я подпустила к себе после смерти мужа! Противно! Невыносимо! Больно!

И я ведь готовилась к огню, ибо на пасеке бывает всякое и частенько приходится тушить пожары. Особенно в мае или августе, листвы-то сухой полно. Преимущественно когда жара и стерни из земли торчат, а в наших местах сильные ветра, и дуют они не прекращаясь.

Господи, ну как так? Ну разве это по-человечески?

Снова пытаюсь прийти в себя. Знаю, что дураков-то полно: кто-то окурок бросит, кто-то траву для удобства подожжёт, если лень убирать вручную. У нас электрик Борис даже для эстетики любитель устроить весенние палы, нравится ему вид выжженной земли. Потому я эту опасность никогда со счетов не сбрасывала.